Шум воды раздражает, давит на мозги. Толчок. Я куда-то лечу. Далеко. Не за что зацепиться.
Смех над моей головой. Шаги. Голоса. Звук чего-то непонятного.
Я падаю. Вниз, в какую-то жижу, буквально поглощающую меня с головой. На самое дно…
Громкий стук отдается эхом в ушах. Свинцовые веки не хотят открываться. Рукой нащупываю рядом с собой что-то теплое и горячее. Очередное «бум-бум» на мозги давит.
- Клим, кто-то пришел? - машинально спрашиваю, хотя и уснула одна. - Клим?
- Немедленно откройте! - тук-тук. - Дай сюда ключи.
Моргаю пару раз. Оглядываюсь. В комнате я одна.
Голова жутко болит. Во рту сухо как в пустыне. Все тело ломит. Сил нет, чтобы двинуться с места. Пытаюсь в себя прийти, опускаю глаза вниз, на простыню и просто…
- Ааааааа!
Мой громкий крик заглушают тяжелые шаги… принадлежащие двум полицейским. Грозные и непоколебимые. Они подходят ко мне и сдергивают с кровати, которая вся в крови. Огромная лужа на покрывале. Мои руки все красные. Я вся ею испачкана. Вся.
- Инна Голубева, вы арестованы за убийство своего мужа - Клима Голубева.
- Что?
Глава 4
Инна
- Мадам Голубева, ну сколько можно юлить? Все же улики против вас. Неужели, вы этого никак не поймете? - высокий, грозный полицейский устало протирает глаза. - Давайте, вы поскорее сознаетесь, и мы не будем тратить драгоценное время. Ну же, - подначивает меня. - расскажите, куда вы дели тело своего покойного мужа.
- Я не убивала Клима! - повторяю ему должно быть в сотый раз.
Детектив Патель красноречиво закатывает глаза к небу.
Стучит пальцем по столу явно в ожидании моего признания. Трет переносицу, после чего резко поднимается на ноги и выходит из комнаты допроса.
Едва за ним закрывается дверь, я даю волю слезам. Крупным каплям, стекающим по щекам.
Внутри все переворачивается от осознания, что это и правда не сон. Не бред. Не галлюцинация.
Я под следствием. В полиции. Меня допрашивают как какую-то преступницу. За убийство собственного мужа.
Боже! Нет-нет. Не может такого быть. Они все сделали неправильный выбор.
Напридумывали себе глупостей.
Клим наверняка где-то ранен, ему требуется помощь. Но меня не слышат, не слушают. Я для всех главный подозреваемый.
Ведь мужа рядом не было. Кровать вся в его крови. И у меня был мотив.
Мы ссорились накануне. Весь отель нас слышал.
До этого мы вели себя отстраненно на яхте. Каждый гребаный папик это подтвердит.
Закрываю ладонями лицо и рыдаю на всю комнату. Выплескиваю из себя накопившиеся эмоции.
