"
"Наверно, впервые за всю нашу совместную жизнь я говорю с женой настолько откровенно. И чувствую себя дураком из-за того, что не делал этого раньше. Да, сейчас неправильно перекладывать на Риту всю ответственность за происходящее, прося сделать выбор – разводимся мы, или нет. Но не взваливать же ее на плечо и не тащить в свою берлогу?
Внимательно смотрю на лицо жены. В ее эти охрененно красивые глаза, в которых всегда тонул и не хотел ни единственного шанса на спасение. Но вот их застилает арктический туман, Рита отворачивается и выдает свой приговор:
- Все уже решено, Ян.
Я хочу развестись.
Эти слова, как удар под дых. Как бы ни готовился к ним морально – оказалось, что я ни черта не могу воспринимать их как норму.
- Понятно, - киваю в ответ.
Правда, в этот момент вариант с берлогой нравится мне все больше и больше.
Адвокаты и та, кто зарегистрирует наш развод, возвращаются обратно через полминуты, когда выглядываю в коридор и объявляю, что можно зайти.
Мы торопливо ставим подписи на всех документах, которые нам дают под роспись, после чего покидаем безликий кабинет.
Рита устремляется на выход с такой скоростью, как будто опасается, что за ней будет организована погоня. Я же – не тороплюсь покидать эту «гостеприимную обитель». Все кажется, что случившееся – просто сон.
Когда же выхожу и вдыхаю стылый воздух, на ум приходят слова Лескова.
«Станешь свободным человеком».
И даже расхохотаться хочется от того, насколько они нелепы.
Часть 36. Марго
Я выбегаю из здания загса так быстро, словно за мной гонятся разъяренные демоны.
И только когда свежий ветер взметает волосы и касается морозным дыханием лица, понимаю, что непроизвольно плачу.
Зачем он сказал мне все это сейчас? Не раньше, когда еще могла бы поверить. Когда хотела верить. Когда пыталась понять происходящее…
Нет, именно теперь. Когда почти убедила себя, что смогу без него прожить. Когда почти приучила себя к мысли, что в жизни есть и иные важные вещи, помимо любви. Что есть планы, стремления к чему-то высшему и способность быть счастливой даже без того, кто был для тебя воздухом.
И вот теперь одна лишь его фраза и все, что говорила себе, кажется жалким самообманом. А в воспоминаниях так и стоят эти глаза - прямые, откровенные, кажущиеся неспособными лгать.
А на другой чаше весов - снова бесконечные вопросы, на которые Ян по-прежнему не торопится давать ответов. Только слова, одни лишь слова и ничего больше.
Нет, не имеет смысла ходить по замкнутому кругу.
