- Оно в любом случае не должно было возникнуть из ниоткуда, Марго, - тихо, но все с той же дежурно-приклеенной улыбкой поясняет Марта. - Значит, о причине вы не знаете?
Да, бл*! Я хочу знать именно это - причину. И имею на это полное право, черт бы все побрал!
Смотрю на профиль жены. Она крутится в кресле, скрестив ладони перед собой в защитном жесте.
Туда-сюда, туда-сюда.
- Я. Просто. Хочу. Развестись! - наконец выдыхает Рита и, поднявшись на ноги, направляется к выходу.
Мы успеваем обменяться с Мартой короткими взглядами.
В глазах психолога вижу то, что меня ужасает. Она - не понимает, что делать дальше, но соль не в этом. Суть в том, что это является отголоском того, что чувствую я сам.
Беспомощность.
Так не бывает.
Женщина, ради которой готов хоть на край света, просто не способна ни с того, ни с сего вести себя так. Даже если она беременна от другого.
- Рит!
Перехватываю жену на подходе к нашим апартаментам. Рядом никого. Да, Марта ведь сказала, что первый день мы проведем без камер.
Это хорошо. А как будет уже завтра - не знаю.
- Что? - вскидывает жена брови.
Разворачивается ко мне лицом и вновь отстраняется в этом своем защитном жесте. Как будто отгородиться от меня - означает возможность выжить.
- Если ты не хочешь здесь оставаться - мы уедем, - заверяю ее, понимая, насколько неподъемным может стать этот проект, если стал его частью помимо воли.
- Отчего же не хочу? - подергивает плечами Маргарита. - Очень даже хочу.
Впиваюсь в ее лицо взглядом. В этом - что-то сродни мазохизму.
- Уверена? - уточняю шепотом.
Разве она не видит, что сейчас я уязвим, как никогда?
Растерян, нуждаюсь в ответах на те вопросы, что мучают изнутри.
- Уверена, - кивает Рита и скрывается за дверью, ведущей в наши апартаменты.
Самые комфортные из всех, чтоб их!
Вхожу за ней через пару минут. Слышу, как жена принимает душ. Сам же просто сажусь на диван и, сцепив руки в замок, смотрю на них ничего не видящим взглядом.
Правильно ли сделал, что довел до подобного? Не знаю.
И дело совсем не в том, что теперь мы под прицелами камер и на виду у миллионов. Разве эта плата не минимальна за то, чтобы вернуть себе возможность дышать?
Дело в комфорте Риты. В том, что она должна чувствовать себя защищенной в первую очередь. Но, кажется, именно в этом аспекте я обосрался на все сто.
Поднявшись, запираю дверь, словно опасаюсь, что в нее начнут ломиться извне, и иду на кухню. Завариваю себе крепкий кофе, хотя вместо него хочется выпить виски.
