Сначала хотел бросить ей свою футболку, но тут же прогнал эту мысль. Она не возьмёт. Лучше б она не снимала свой жакет, честное слово!
Милана ставит перед ним продолговатую бутылку с соусом. Собирает волосы на затылке в хвост, и присаживается на край высокого барного стула.
Осмотревшись по сторонам, блондинка тихо выдыхает, и снова обращает своё внимание на парня. Движения быстрые и чёткие. Поставил на варочную панель сотейник. Масло, креветки. Сливочное масло, специи… при этом постоянно помешивая и, время от времени обхватывая губами горлышко пивной бутылки.
- Не сиди над душой… - бросает на неё мимолётный взгляд, – достань пока тарелки. И салфетки, – тычет ложкой в шкафчик над своей головой. – У меня там вино завалялось… будешь?
- Нет, – качает головой Мила и видит, как брюнет подкатывает глаза, и снова отворачивается."
"- Как знаешь… - пожимает плечами, перехватывая соус. Заливает креветки, и следом берётся за заранее очищенный чеснок. – Как тебе берлога?
Девушка замирает. Оглядывается на Илью, что стоял от неё в полуметре.
Его тёмные глаза, словно два острых самореза впиваются в неё. Больно.
- Мне страшно, – тихо. Почти шёпотом. Не пряча взгляд. Сжимает пальцами упаковку салфеток.
- М? – брюнет снимает с панели сотейник и выключает ту. – Страшно? Почему?
Он знает ответ. Но так хотелось услышать это от неё. Внезапно стало нечем дышать. Показалось, что Назарова заняла всё пространство вокруг. Илья спрятал руки в карманах, потому что… если не так, то он потянется к ней.
Необъяснимая тяга. Настолько сильная, что дыхание перехватывает. А биение сердца резко переходит от затишья к жужжанию. Почему вдруг, ощутив её близость, вся ненависть исчезает? Из раза в раз. При каждом столкновении. Больше не хочется смеяться.
- Потому что я не знаю, что у тебя на уме, – пусть так. Это лучше, чем молчать и накручивать себя до зуда в висках.
- А что, по-твоему, у меня на уме? – крошечный шаг. Но она не двигается. Не зажимается и не прячется. Так открыто она ещё никогда на него не смотрела.
Сука. От этого «ты-не-сделаешь-мне-ничего-плохого» взгляда ему хотелось блевать. Харкать собственной кровью.
- Ты не сделаешь мне больно? – так и знал. На губах Ильи играет усмешка, а Мила тотчас воспринимает это, как сигнал к бегству.
Шумный вдох и рывок в сторону. Шипение. Милана ощущает жжение на запястье. Его пальцы словно жидкий металл, обжигают кожу. Илья несильно дёргает девушку на себя. Слышит её писк.
