С тех пор, как увидел, как она шла к своему белобрысому хахалю. Почему он просто ушёл? Потому что не знал, что делать. Он понятия не имел, что, блять, ему делать!
Бесконечные адские круги, час за часом, засасывали его в трясину. Впервые в жизни он не имел не малейшего представления о том, как ему следует поступить. И, если вчера, он бездумно шёл за ней, даже после того, что натворил… то сейчас его мозг просто взрывался. Отчаянно пульсировал под черепной коробкой, угрожая разорвать голову на части.
Мобильный снова зажужжал, заставляя Илью оторвать тяжёлую голову от декоративной подушки.
Ну, слава богу.
- Да, пап?
Поднялся на ноги, приглаживая свободной рукой взъерошенные волосы.
- Дома? – раздражающе бодр.
- Ну, мы же договаривались?
- Тогда открывай.
- Уже под дверью? – хмыкнул, и обогнул журнальный стол. Щёлкнул выключателем в прихожей.
- Почти.
…
- У меня на этой неделе сплошной завал. – Павел проводит пальцами по стеллажу, и растирает на подушечках осевшую пыль. Недоверчиво поглядывает на сына.
Ничего необычного, но всё же что-то не то. И уже давно. – Нужна твоя помощь.
Брюнет кивает и выходит из гостиной. Как только отец переступил порог квартиры, удушающее давление вмиг опустилось на грудь. Тяжёлый родительский взгляд не позволял сыну расслабиться ни на секунду. Грёбаный контроль. С каких пор отец накинул ему шею поводок?
- Чай будешь? – выкрикнул, добравшись до кухни. Рука застыла над электрическим чайником.
- Да. Чёрный, – проходит вслед за сыном, и усаживается на стул.
– С лимоном, если есть.
- Есть, – тянется за чашками, и выставляет их перед собой, – так, с чем тебе нужна помощь?
Не оглядываясь на Павла, Леднёв младший продолжает нехитрые манипуляции, вынимая из ящика коробку с чаем и глиняную сахарницу.
- У меня командировка на носу. Завтра, после обеда. Может, слегка затянется. Возможно, меня не будет неделю.
- А от меня что требуется? – с мрачным спокойствием. Заливает в чашки кипяток и не спеша, против часовой стрелки, размешивает сахар на дне.
Только не проси, чтобы я присмотрел за женщинами в твоём доме, папа. Боюсь, что кое-кто не оценит этой заботы…
- Ничего особенного, – отец потянул за узел темно-серого галстука, ослабляя тот, – хочу, чтоб ты съездил в пару ресторанов. Я не смог определиться. Это будет сюрприз, так что, Оксану я не впутываю. Ты всё уточнишь, пробежишься своим взглядом…
- А это нельзя сделать тогда, когда ты вернёшься? – плечи напряглись. Спину свела легкая судорога.
