— Говоришь такую мерзость, и рассчитываешь, что я вернусь в бо…"
"Лорк, не давая мне договорить, стремительно развернулся и в мгновение ока оказался возле меня, нависая надо мной и заставляя вновь сесть в кресло.
— Заткнулась! — рыкнул он и распахнул дверь. — А теперь пошла вон!
Слова он практически выплюнул мне в лицо. Что-то не складывалось во всей этой сцене. Что-то выпадало и никак не хотело вставать на место. Само поведение Данте, его неадекватная реакция на мои слова, еле заметные болезненные гримасы. Да и я чувствовала, что внешне состояние магистра далеко от того, что он испытывает внутри.
После нашего Единения ему не скрыть своих истинных эмоций. И вот в них сейчас был полнейший раздрай.
В принципе такой же, как и у меня.
Но прежде, чем я успела задать новую порцию вопросов, в дверь вплыла Марисоль. Ослепительно красивая в своём кроваво-красном платье с белыми крылышками, что топорщились по отделке его лифа. А длинные полосы атласной ткани спускались от выреза на спине и переходили в роскошный шлейф.
Что ж, надо признать — невеста из Марисоль вышла по-королевски шикарной.
— М-м-м, какой приятный подарок, милый! — проворковала она, бросая плотоядный взгляд на меня. — Я думала, Рию подадут на десерт.
Ужас от уготованной мне судьбы окатил меня ледяной волной. Я еле заметно вытерла взмокшие ладони о брюки, продолжая наблюдать за Марисоль.
Вампирша плавной походкой подошла к Данте и впилась ему в губы собственническим поцелуем. В губы, которые дарили мне столько любви и ласки! Губы, которые одинаково хорошо утешали и врали.
Не в силах смотреть, я подскочила и дёрнулась на выход. Однако проход мне перегородили двое вампиров из клана Аргент.
— Не так быстро, моя хорошая, — оторвавшись от Данте, проговорила Марисоль. — Раз уж ты тут, то окажи нам честь, будь гостем на церемонии. Поверь, это будет такое зрелище, которое ты никогда не забудешь!
О, это точно. Такой момент не забыть, даже если попросить Рона стереть мне память. Это останется со мной на уровне чувств и эмоций.
Разбитого сердца. Уничтоженного в пыль солара.
— Рия, не вздумай брыкаться, — в голосе Данте странным образом сплелось и предупреждение, и обеспокоенность.
Или это моё подсознание всё ещё пыталось найти в магистре те чувства, которые были между нами всего пару дней назад.
Я перевела затравленный взгляд на Данте, но не увидела в нём ничего, что дарило бы надежду. Магистр прижимал к себе невесту и, наклонив голову, смотрел на меня исподлобья.
