Раньше он никогда так на меня не смотрел — всегда либо с жаждой, либо с преподавательской строгостью.
— А что насчёт тебя? Если я всё правильно понял, мы с тобой немножко женаты, — он с улыбкой ткнул в грудь, туда, где под тканью комбинезона скрывалась метка. — Подумать только, ты — моя астральная пара.
И почему мне почудилась ирония в его последних словах?
— Данте, я не о том… То, что нас связала неведомая связь, не обязывает тебя быть со мной… — я отодвинулась от него, вытерла невесть откуда взявшиеся слёзы и продолжила, тщательно подбирая слова.
— Истинность, она же не приговор? Я не хочу, чтобы ты был со мной только из-за твоей веры в наше предназначение. У тебя ведь ещё есть Марисоль…
Магистр склонил голову и смотрел на меня с доброй усмешкой. Так смотрят на людей, которые несут безобидную чушь. И меня это разозлило — я же душу ему открываю.
— Рия, девочка моя, мы поговорим об этом в другое время и в другом месте. И чтобы успокоить тебя — наша так называемая астральность не играет никакой роли.
Я с тобой потому, что сам того хочу. Меня никто к этому не принуждал. А с Марисоль я… — Данте не договорил, бросив взгляд на мой сетефон, — Рия, у тебя вызов мигает.
Я растерянно посмотрела вниз, на запястье — звонила Ингрид. Столько дней упорно искать связь, чтобы найти её глубоко в подземельях храма! Да ещё и так не вовремя!
Лёгким движением руки приняла вызов, отключив при этом голоотображение. Незачем ведьме знать, кто сейчас со мной.
— Рия! — голос брата, донёсшийся из сетефона, заставил меня вздрогнуть и затравленно посмотреть на Лорка.
Тот лишь двинул подбородком вверх, призывая послушать, что скажет этот предатель. — Рия, ты меня слышишь? Срочно уходите из храма! Люмены его уничтожат!
— Рон, — я вновь взглянула на Данте, помня о его разумном подозрении и ища в нем уверенности. — Рон, Совет показал мне, что вы с мамой на самом деле думаете… Скажи мне, что это неправда?
Секунду-другую из сетефона доносились шумы помех.
Либо это Аарон молчал, не зная что мне ответить.
— … всего лишь твои страхи, — всё-таки Рон что-то говорил в своё оправдание. — Совет не может транслировать воспоминания, они лишь вытащили твои страхи! Рия, вернись в Академию, умоляю тебя! Сестра, они…давно… отца!
— Что?! — я вцепилась в сетефон так, что ремешок треснул под моими руками. — Что с папой?
— … казнён, — выстрелом в голову прозвучал голос Рона прежде, чем прибор зашипел, и звонок прервался.
