Чтобы хоть как-то убить время, сгибаю правую ногу в колене, кладу на него руку, опираюсь об неё щекой,и начинаю изображать известную картину Васнецова – «Алёнушку» у пруда, параллельно размышляя о собственном здoровье и магической немощи."
"По прошествии двадцатиминутных «размышлeний у парадного подъезда» oт количества задаваемых самому себе вопросов у меня разболелась голова и я, согласившись с приколистом, что «думать вредно!», подтащил к себе рюкзак и принялся в нем ковыряться, проверяя – всё ли захватил с собой, что планировал.
Может чего забыл? Хотя какое-там забыл, в рюкзаке вообще нет свободного места! От плотности упаковки даже костяные накопители не бряцают. Склянок с зельями насовал столько, что если их слить, а пустую тару сдать в пункт приёма, в смысле алхимикам в городе,то можно будет выручить пяток серебряных монет, не меньше. А несколько отличных зелий, из тех, что удалось тиснуть с верхней полки, пока Куркул отвлёкся, я запихнул в отдельный карман рюкзака. Это вам не простое противоядие или восстановления сил, у этих жидкостей совсем другое назначение, да срок действия куда как выше.
Хотя… дай бог, что бы они мне в этом рейде не понадобились, но если всё такое случится, то вот они со мной.
М-да, а накопителей-то у меня накопилось – миль пардон за мой французский – как у дурака махорки. Аккуратно перекладываю костяные мягким материалом, чтобы … хм, костями не греметь при ходьбе. Целительских тоже немало скопил, позвякивают. Тоже переложить.
Часть из них пришлось даже отдать в госпиталь, а то ману сливать уже некуда. Естественно отдал с заменой на пустую тару и оставил её в роте. Мия только порадовалась этому подарку. Зато хомяк с жабой, обнявшись, рыдали навзрыд как дети и умоляли одуматься, а лучше сходить к Куркулю и выменять у него еще чего-нибудь полезное, проходящее под грифом «низя-я-я, даже если командир приказал». Но здравый смысл победил. Девиз: ни себе, ни людям – не моё жизненное кредо, так что госпитальные запасы маны немного пополнились, а несколько склянок редких зелий, я, как уже говорил и так сумел тиснуть на складе.
Перетряхнув рюкзак, всё оказалось в порядке, не смотря на спешные сборы, я снова загрустил и вернулся к невеселым мыслям о бpенности бытия.
Эхе-хе-х, дела мои тяжкие! Маны теперь у меня, в-о-о! Накопителей, в-о-о! Источники, что тёмный, что целительский теперь стали по объёмам такими неслабыми, что в пору самому себе завидовать.
