– Кари сказал, что те, кто не едят животных, поступают еще гаже – они их объедают. А значит те, кто животных любит, должны есть мясо. Он такой умный…
– А как спиритический сеанс прошел?
– А мы до него так и не дошли, – беззастенчиво призналась Элена. – Но Кари обещал, что непременно его для меня проведет. Когда у него свободное время выдастся.
Судя по ее мечтательному взору, устремленному в потолок, свободное время у нашего ректора теперь выдастся не скоро. Вилку при этом девушка продолжала держать во рту, хотя на ней давно уже ничего не было.
Да уж, вот что любовь с людьми делает…
Я уже собиралась уходить, все равно ничего интересного Элена выдавить из себя не в состоянии, когда к нам подошла смущенная Ильма и поздоровалась.
– А, – протянула Элена. – Привет!
– Я платье вернуть не могу, – Ильма стояла красная от смущения, но глаза не отводила. – Оно после бала оказалось и порвано, и в пятнах. Поэтому я хочу узнать, сколько оно стоило, и вернуть деньги."
"– Оставь, – Элена даже рукой махнула, для чего ей все-таки пришлось извлечь вилку изо рта.
– Я бы его все равно не носила. Оно совсем не во вкусе Кари. Ему такая закрытая одежда не нравится.
Ильма смотрела с некоторым удивлением. Платье, конечно, было довольно длинным, но назвать его закрытым?
– Я бы хотела все-таки за него вернуть деньги, – наконец твердо сказала она.
– Да к чему мне твои копейки? – Элена вытащила золотую карточку, на которой было написано «Карл Ясперс» и помахала перед нашими носами.
– Я теперь могу купить все, что захочу. Так что забудь.
Ильма настаивать не стала, сказала лишь, что если Элена передумает, то всегда сможет получить свои деньги, и пошла на выход. Выглядела она не очень хорошо. Все, что мы с Эленой пытались вложить в ее образ перед балом, так на балу и осталось. И опять вместо очень привлекательной девушки была сгорбленная под тяжестью знаний личность. Я покачала головой и бросилась ее догонять.
– Знаешь, Ильма, – я тронула ее за руку и заставила остановиться, – страдать можно и причесанной.
А то Серен смотрит на тебя сейчас и уверяется, что он поступил правильно. А надо, чтобы он пожалел. Чтобы всю жизнь жалел. Чтобы понял, какое сокровище потерял!
– Спасибо, – девушка грустно улыбнулась. – Но я так не могу.
– Все мы не можем, – отрезала я. – Просто улыбайся побольше и про расческу не забывай. И подкрашивайся чуть-чуть, только чтобы глаза подчеркнуть. А Серен твоих страданий не стоит, поверь.
