Вдруг он поддерживает какую-никакую связь с отцом?
Рассказывать ей про свои злоключения я не стала, уверила, что у меня все отлично и ни в чем недостатка я не испытываю. Не знаю, поверила она мне или нет, но когда она начала описывать свое пребывание в «Крестах» в тех же выражениях, я начала в этом сильно сомневаться. На прощание она мне неожиданно подмигнула и сказала:
– Лисандра, все будет хорошо. Только непременно выполни мою просьбу.
Я заверила ее, что все сделаю как надо, и пошла на выход, размышляя, что же связывает мою бабушку с этим демоном.
Наверно, какие-нибудь деловые отношения? Среди друзей семьи были только чистокровные люди. Мы всегда выступали за чистоту расы. Даже далекий эльфийский предок Берлисенсисов тщательно замалчивался, дабы не нанести урона репутации. Впрочем, он был уже настолько далеким, что им вполне и пренебречь можно было. С тех пор семья тщательно следила за выбором пары. Бабушка так даже замуж вышла за кузена. Правда, что было тому причиной – забота о чистоте крови, нежелание дробить состояние или внезапно вспыхнувшая любовь между родственниками, мне было неизвестно.
Дедушка погиб через год после рождения моего отца и никаких записей после себя не оставил, а бабушка очень не любила говорить на эту тему.
– Что-то ты мрачная совсем, – заявил Фабиан, когда я вышла. – Предлагаю поднять настроение походом в «Корбинианский городовой».
«Корбинианский городовой» был самым модным рестораном в столице, столики там заказывали иногда за неделю, поэтому я очень сомневалась в том, что нам удастся туда попасть просто так, без записи.
Именно поэтому я и не стала отказываться – очень хотелось посмотреть, как Фабиан сядет в лужу, пытаясь туда прорваться.
Когда мы подлетели к ресторану, все указывало на то, что он полон – даже место на грифонов язи нашлось с трудом. Причем, Фаб своего Беню туда долго не хотел ставить – уж слишком проигрышно его грифон смотрелся рядом с тем огромным антрацитово-черным зверюгой, что стоял по соседству.
– Какой красавец, – невольно выдохнула я.
– Вот на таком бы пролететь хоть разок. У него, наверно, и скорость впечатляющая.
– Да он тяжелый как мешок с углем, – недовольно сказал Фабиан, – и крылья у него коротковаты для такого туловища. А шея? Разве может быть у грифона такая шея? Куриная какая-то."
"Я благоразумно промолчала. Может, у этого красавца и куриная шея, но у его собственного Бени тогда воробьиная, не иначе. Но Фабиан еще долго перечислял найденные у чужого грифона недостатки.
