Я кладу руки на стол и утыкаюсь в них лбом. Вот как тут построишь отношения с такой работой?
Глава 6
Полина
Представьте только. Сижу на работе, мешаю ложкой сахар в чае и болтаю ногами под столом. На мне костюм аж пятьдесят второго размера, других не смогла найти с утра. Дежурство только началось, скоро стартуют плановые операции, по моей части пока все тихо. Позавтракаю и буду салфетки делать.
Смотрю на булочку с маком. Рот слюной наполняется. Мне страшно повезло: недалеко от больницы я обнаружила пекарню, в которой делают настоящие булочки с маком.
В них действительно есть мак, а не три песчинки, как обычно. Взяла себе и девочкам.
Булочка мягкая, еще теплая, ароматная! Как мне сейчас будет вкусно! Откусываю кусочек, начинаю с удовольствием пережевывать. М-м-м.
Как слышу Софью Ашотовну, которая резко распахивает дверь и выдает:
- Полина, Ветров тебя хочет.
Блть!
Проглатываю огромный кусок, не прожевав. И начинаю неистово кашлять, при этом бью себя по груди, потому что оно все стоит в пищеводе.
Отхлебываю чаю, а он, блин, горячий, еще и нёбо с языком обжигаю.
- Во вторую операционную через пятнадцать минут. Команда уже готовится.
Нет, я, конечно, почти сразу поняла, к чему она ведет. Он хочет меня видеть в оперблоке, а не отчаянно трахать, пока мы, потные и обессиленные, не рухнем в постель, часто дыша и обнимаясь. Мой бывший муж, конечно, скотина, но последнее бы он вряд ли передал через Старшую.
И все же.
..
- Софья Ашотовна, разве можно так пугать?! - возмущаюсь я, даже не скрывая обидчивые интонации в голосе. На глазах слезы, но не от горя, а от кашля.
Наша старшая медсестра при первой, да и, что уж там, даже при десятой встрече, может показаться сухой и грубоватой, но на самом деле она чудеснейшей души человек. Я, когда перед ней сидела на собеседовании, думала, не сработаемся точно. Старая грымза. Мечтала вернуться в свой уютный роддом, где акушерочки подкармливали меня печеньем, когда я ночами зубрила учебники, забившись в угол комнатки отдыха.
К экзаменам готовилась даже на дежурствах. Но Вера предупредила, чтобы я не делала поспешных выводов, и не обманула."
"Всему, что я знаю и умею, — я обязана нашей Старшей. Ей пятьдесят два года, она невысокая, но довольно крупная женщина. С умными пронзительными глазами и длинными, ниже пояса, черными волосами, которые всегда аккуратно убраны в тугую прическу.
