Но когда-нибудь этот кошмар закончится, и я снова буду улыбаться этому миру, а пока надо просто поспать.
Прохожу мимо туалета, расположенного недалеко от перехода в холл. Дверь приоткрыта, вода льется. Уже собираюсь пройти мимо, но профессионального слуха касается подозрительное шипение. Ставлю чемодан у стены и стучусь, не решаясь зайти сразу.
— Занято! — Огрызается оттуда знакомый голос, а затем снова шипит.
Значит все-таки что-то случилось.
Вхожу уже без всяких церемоний. Мир не успевает одернуть футболку, и я замечаю на его боку прилично стесанную кожу.
Не редкая травма у футболистов, и совсем некритичная, но неприятная, конечно, вот Мирослав и шипит, старательно промывая ее водой.
— Почему сразу не сказал? — строго смотрю на парня.
— Ерунда, потому что. Да и отвлекать не хотел, — с какой-то странной агрессией отфыркивается он.
— Ничего, что я врач команды? — Тяну руку, чтобы осмотреть ссадину, но Мир отшатывается.
— Ничего, — неожиданно улыбается. У него, оказывается, ямочки на щеках.
Хороший такой сразу, будто мягче становится на эти несколько секунд. И взгляд задорный, но очень уставший.
— Ну, спасибо, — смеюсь и машинально закусываю нижнюю губу. Взгляд Мира тут же застывает на этом жесте. Темнеет, тяжелеет, и даже улыбка будто становится чуть темнее и провокационнее. — Пойдем в кабинет, посмотрю тебя.
— Там не на что смотреть. Всего лишь ссадина, — упирается он.
— Тем более пойдем. Быстрее осмотрю, быстрее пойдем по домам.
Он сдается и выходит вслед за мной из туалета.
Хочу забрать чемодан, но Мир успевает ухватиться за ручку и молча катит его за мной.
Включаю свет в кабинете, бросаю пальто на кушетку и достаю аптечку с самым необходимым.
— Раздевайся, — командую я.
— Полностью? — хмыкает этот гаденыш.
— Мы вроде еще утром это обсуждали, — напоминаю Волчонку. — Врач и пациент, помнишь?
— Нет, — он стягивает с себя футболку, демонстрируя отлично сложенное тело с красивым рельефом мышц и множеством татуировок, от которых невольно глаза разбегаются в разные стороны в попытке изучить каждый рисунок.
— Значит мне придется отправить тебя в медицинский центр на дообследование, — подхожу ближе, удерживая в одной руке средство для обработки таких ран и ватные тампоны. — Вдруг ты не годен для высоких нагрузок в профессиональном спорте, — поднимаю взгляд и едва не захлебываюсь той ночью, что заполнила глаза Мирослава.
По позвоночнику пронесся рой ледяных мурашек и притих на затылке.
