Не раздевался и не разувался — сразу вглубь.
Выдохнул еще раз, увидев, что Аня лежит на диване. Свернувшись клубочком, отвернувшись лицом к спинке…
— Что за идиотская матера игнорировать телефон, Аня? — бросил сгоряча, приближаясь.
Щурился, смотрел, чувствовал, что что-то не так… Злился еще больше, хотя ведь должно бы начать попускать."
"— Какого хера ты трубку не берешь? Какого хера я со встречи срываюсь? Ты меня слышишь вообще? Я с кем разговариваю?
Остановился в шаге, присмотрелся внимательней…
Аня обнимала себя руками, с силой зажмурившись, вжавшись коленями в грудь, а лбом в обивку…
Ее трясло.
Сильно. Очевидно.
Настолько, что разом схлынула вся злость.
— У тебя болит что-то? Зайка… — Голос вдруг стал спокойней. Корней — ближе. Присел на корточки, потянулся рукой. Коснулся спины между лопатками, почувствовал, что она дернулась, будто электрический разряд по телу прошел. Выдохнула как-то… Болезненно. Сжала себя руками сильнее. — Ань… Что болит? Что случилось? Ты слышишь меня, маленькая? — бешенный парой минут ранее, сейчас Корней с каждым словом становился все более взволнованным.
Голос — нежным. Он убрал руку. Но только затем, чтобы надавить на плечо, как бы прося повернуться к нему.
Аня этого не сделала. Замотала головой, сняла руки с плеч, за обивку уцепиться попыталась, будто готовясь сопротивляться, если он настоит.
— Ань… Маленькая… Что случилось? Тебе плохо? Обидел кто-то? Скажи мне. Я врача вызову сейчас.
Корней потянулся к ее лбу. Прижал ладонь. Понял, что вроде не горит, но трясет так… Крупной дрожью.
Даже слышно, как зубы стучат.
Ругнулся тихо, достал телефон, зашел в контакты, начал скролить, разыскивая номер своего доверенного врача…
Вскинул взгляд на Аню, когда зашевелилась наконец-то.
Повела головой, будто скидывая его руку, потом замотала.
Замер, услышав:
— Не надо. Ничего. Не надо вызывать.
Вытолкнула из себя, а потом снова зажмурилась, сжимаясь сильнее, дыша как-то тяжело, все быстрее и быстрее…
— Анька, ты меня пугаешь… Чем тебе помочь? Скажи.
Я все сделаю…
Корней отложил телефон, прижался лбом к ее спине, продолжая чувствовать дрожь. Хотел бы погладить. Обнять. В лицо заглянуть. Но она… Почему-то именно этого и боялась, кажется.
Ничего не сказала. Продолжала лежать, обнимая себя с нечеловеческой силой. С ней же жмурясь. Потом же… Тишину разрезало еле-слышное…
— Ты встречался с Анфисой?
В которое даже верить сразу не захотелось. А потом захотелось ругаться. Громко и матом.
