Сам позвонит или дождется, что Аня придет, тихонько юркнет, устроится на диванчике…
А потом же ему еще собраться надо. Утром вставать в четыре…"
"Вечер предстоял непростой, но Ане все равно было хорошо. Потому что в веренице дел они всегда найдут время друг для друга. Чтобы обменяться взглядами. Коснуться. В любви признаться…
Оклик услышала не сразу. Да и с чего вдруг-то?
Вот только до нее явно очень хотели докричаться.
— Эй, кудряшка, спешишь куда?
Аня не обернулась бы, не почувствуй, как придерживают за локоть.
Испугалась, вскинула взгляд, увидела, как по тротуару разлетаются орешки…
Сначала носки мужских кроссовок, потом штанины джинсов, куртку, сжатые на ткани ее пальто пальцы. Потом…
Усмехающегося Вадима.
И тут же захотелось отпрянуть. Скинуть руку.
— Пусти. Корней запретил ко мне приближаться.
Аня дернулась, попыталась отступить, но Вадим не дал. Хват стал еще более ощутимым. С губ парня не сползла улыбка. Он смотрел будто бы дружелюбно. Но держал так, что ясно — расслабляться нельзя.
Вообще нельзя.
Пытаясь оценить обстановку, Аня оглянулась. Поняла, что они посреди тротуара. Вход в БЦ — достаточно близко. Вокруг много людей. В машину ее не затолкают. Она будет кричать. Отбиваться. Она…
— Не трясись, кудряшка… Ты чего…
Стрельнула предупреждающим взглядом, когда Вадим попытался вроде как дружественно подбодрить…
— Руку отпусти. Тебе же хуже будет…
Сказала так, как от нее ожидал бы Корней. Уверенно. Убедительно.
Сама удивилась, но это, кажется, сработало.
Вадим ослабил хват, расцепил пальцы, поднял руки, как когда-то у машины при разговоре с Высоцким…
Снова улыбался. Видно было, что пытается произвести впечатление расслабленного человека. Но ему верить нельзя. Очень скользкий.
— На работу спешишь? — парень спросил, кивая на кофейный стакан в ее руках. Аня сжала его сильнее. Окинула еще одним взглядом, немного сощурившись. Отвернулась, сделала шаг в сторону…
С ним нельзя говорить. Слушать. Вестись на дружелюбие.
Нужно быстрее подняться. Сказать Корнею. Вот и все.
Именно это Аня и собиралась сделать.
Ускорила шаг, прислушивалась, не идет ли следом. Обернулась бы, но понимала — не надо. Он поймет, что можно попытаться задержать. Уловит, что не такая уж она и смелая…
— Кудряшка…
Снова бросил в спину, Ане захотелось поежиться… Дурацкое обращение. Навечно связанное с ним. Человеком, когда-то оставившим ее бабушку в беспомощном состоянии. Не пожалевшем. Поглумившимся.
