Следил, как Аня вешает…
Потом следил, как кладет руки на пиджак, скользит вверх, привстает на носочки, ведет носом по подбородку, прижимается к его губам в невинном поцелуе, отрывается на расстояние вздоха, смотрит в глаза…
— Потом перезвонишь, хорошо? Хочу тебя очень… — говорит честно, прекрасно понимая, что впервые так смело. Ухватывается за плечи, когда чувствует, что Корней подхватывает. Обнимает его ногами, прижимается грудью, трется, целует, втягивает его язык своим…
Чувствует стену спиной, сама тянет вверх подол задравшегося платья, снимая через голову, расстегивает мужской пиджак… Ждет, пока Корней снимет… Снова — сначала с одной руки, потом с другой, перехватывая ее…
Но на сей раз уже никто из двоих не заботится о том, чтобы повесить аккуратно.
Ткань падает на пол, разрезая тишину шуршанием и стуком пуговиц.
Только им все равно. Аня берется за рубашку, Корней вжимает напором губ в стену даже ее затылок.
— В спальне хочешь или здесь? — мужчина спрашивает, пробегаясь пальцами по животу, накрывая грудь в кружеве, сжимая… Сильно… До дрожи…
— В спальне.
Кивает в ответ на Анин шепот, снова тянется к губам, целует, продолжая мять тело, вдавливая в стену все сильней… Сильней же давая ощутить, что он тоже хочет ее. Очень-очень хочет.
Через какое-то время давит на одно колено, прося спуститься на пол, на другое…
Убедившись, что Аня стоит — пусть на носочках, но все же…
Отступает. Смотрит. Ощутимо. Так плотно, будто… Под кожу. Даже в темноте невероятно осязаемо.
По лицу, шее, ключицам, груди, животу…"
"Неспешно расслабляет галстук, снимает через голову, расстегивает одну манжету, дальше — вторую.
Откладывает запонки, снимает часы…
Достает полы рубашки, брякает ремнем…
И это заставляет Аню испытать новую дрожь.
Которую он, несомненно, чувствует, стоит только подойти, накрыть ладонями ягодицы, вжаться возбуждением в живот…
— Уже можно или позже? — Аня непременно покраснела бы, замялась, услышав вопрос раньше. Сейчас же… Закивала, чувствуя, как мужские губы опускаются к шее, целуют, а сама она проходится пальцами по его позвонкам, ныряя в волосы.
И снова подхватил, и снова понес, «профессиональным» движением ослабляя давление бра на спину, помогая стянуть бретели… Двое услышали новый стук о пол — теперь крючков и обтянутых тканью косточек.
Корней открыл дверь, занес Аню, опустил на кровать…
Глядя в глаза, стягивал колготки вместе с бельем, снова отошел, снова смотрел…
И снова Аня могла бы застесняться, но слишком хотела. Чтобы смотрел.
