До губ, по подбородку, по двигающемуся кадыку, по расстегнутой на пару пуговиц рубашке, по пряжке ремня, до его длинных пальцев на своем запястье…
— Мне не будет там хорошо. — Аня сказала глухо, чувствуя одновременно стыд и горечь. Потому что не сомневалась — он действительно старался. И время свое тратил. И силы. И денег вбухает немерено. Потому что… Даже ее неопытному взгляду понятно — это все очень дорого. Но ей не нужно, чтобы дорого. И восторгаться там, где хочется выть, она не умеет.
— Почему? — впрочем, как и честно отвечать на прямые вопросы.
Или…
— Мне сложно думать о переезде. Мне кажется, это будет конец…
— Конец чего?"
"— Нас с тобой.
— Все нормальные пары так начинают, Аня.
— Я знаю. Просто… Мы — не нормальная. Пока я у тебя перед глазами — я тебе нужна. А когда перестану мелькать…
— Ты сама это придумала?
Корней спросил, Аня передернула плечами.
— А ты уверена, что в этом квартира будет виновата?
— В этом будет виновато расстояние. Твоя занятость. Приоритеты… Мы будем видеться редко.
Мне будет плохо. Я буду страдать. Возможно, что-то требовать. А ты не любишь, когда у тебя требуют…
— А знаешь, что еще я не люблю? Что маленькие глупые девочки тянут до последнего, а говорят, когда прижмет.
Корней сказал, Аня глянула на него мельком… И тут же опустила взгляд.
— Это ваша с бабушкой квартира, Аня. Будешь ты в ней жить или нет, в ней будет жить твоя бабушка. Ты могла бы подумать о ней. Заботишься же… Вроде бы… Почему она боится туда ездить, я могу понять. Твои страхи — надуманы, а не реальны.
К тому же, это теперь — твое имущество. Будем честными, тебе очень повезло, что почти всем сейчас занимаюсь я. Но ты хотя бы пыталась, Ань… Научиться, пока есть возможность. Думаешь, в жизни не пригодится? И тут ошибаешься. Лелеять свои страхи — удобная позиция, зайка. Но она не заслуживает уважения. Прости.
Корней закончил, Аня все же выдернула запястье. Не встала, просто отвернулась к окну, прокручивая в голове обидные слова, закусывая губу, чувствуя, что хочется плакать…
Он ведь давно ее так не вычитывал.
Она успела забыть…
— Ань, — повела плечом, как бы прося не трогать, когда обратился почти сразу… Почувствовала, как по позвоночнику идет холодок, когда он шумно выдыхает…
— Прости меня, пожалуйста. Это, наверное, действительно свинство, что мы… Спихнули на тебя и теперь… — сказала ему, но смотрела по-прежнему в штору.
— Дело не в этом, Аня. Не хотел бы — не взял на себя. У меня все нормально с ответственностью.
