– Ну, как зачем?! Вот здесь, например, я могу нарисовать вам лебедей, джунгли, если хотите, – я подскочила к части голой каменной стены между гобеленами и поводила руками. – На таком неровном камне выйдет, конечно, не очень, но лучше, чем сейчас!
– Джунгли? – казалось, графиня слышит только часть моих слов, не воспринимая их целиком.
– У вас есть краски? Чем вы красите ткань, рисуете или что-нибудь? – не унималась я.
– Но это очень дорого, чтобы просто рисовать на стенах, – нахмурилась женщина.
– А ваши эти гобелены? – тронула я рукой прекрасно вышитый гобелен, который изображал цветущие полевые цветы.
– Нить для гобеленов стоит дешевле, кроме золотой и серебряной!
– Дайте мне самую недорогую краску, и я покажу вам, что умею.
Графиня сидела, задумчиво смотря на стену и на меня, потом встала и подошла к изящному столику из красного дерева. Достала широкий лист пергамента и протянула мне.
– Покажи, – приказала она. – Но если мне не понравится, а ты испортишь пергамент, то сегодня же тебя выставят из замка!
– Что вы хотите, чтобы я нарисовала?
Но женщина пожала плечами и снова села в свое кресло.
"
"Я поискала на столе, чем бы мне рисовать, но не нашла ничего похожего на карандаш, только перья в чернильнице. Взгляд мой метнулся к камину, и я встала, чтобы достать несколько длинных угольков из кучки золы, выметенной на пол. Несколько кусочков идеально подходили для моих целей и, взяв со стола маленький кинжал, я быстро придала им острую форму. Положив несколько заточенных угольков рядом с собой, я задумалась, чтобы нарисовать.
На ум пришло только одно – Лайон. Я снова воскресила в памяти нарисованный портрет и быстрыми штрихами набросала будущий рисунок.
Через полчаса я протянула графине портрет сына, та долго рассматривала его, затем встала и достала из серебряной шкатулки на камине маленькую с ладонь миниатюру, в рамке из серебра. Нарисованный портрет масляными красками. С портрета на меня смотрел Лайон, только в пожилом возрасте.
– Это граф, отец Лайона, – произнесла графиня и снова села в кресло, держа в руках мой рисунок.
– Лет пять назад мимо замка проезжал монах-живописец и задержался здесь на несколько месяцев. Я заказала ему портреты всей семьи, только Лайон отказался. Сегодня я получила портрет сына.
– Так это хорошо? – осторожно спросила я. – Значит, вам понравился мой рисунок? – графиня кивнула, и я облегченно вздохнула. – Я оставляю тебя в замке, будешь развлекать меня и моих дам, пока Лайон не вернется, – сказала мать Лайона.
