- Чуть все мне не испортили! Идиотки! - фыркнула Бельзетта, стреляя взглядом в сторону обездвиженных мачехи и Лисаны, показывая истинную себя. - Ну, ничего! Сейчас я быстро почищу вам всем память, а этой выскочке еще и личико поправлю заодно. Ты больше не будешь препятствием для моей доченьки.
В глазах красной дракайны отчетливо виднелся нездоровый блеск. Она была больна, причем на голову. Правительница с маниакальными наклонностями.
Мысленно кричала. Звала любимого, надеясь всем сердцем, что он успеет, что не даст меня в обиду.
..
С ужасом наблюдала, как Бельзетта приближается. Как едко улыбается и заносит над моей головой ту самую палку с набалдашником.
Секунда, и я падаю на пол, а перед глазами все меркнет.
28. Хочешь, чтобы было хорошо - сделай сама!
Бельзетта
Эти две выхухоли появились вовремя, как бы я пыталась выказать негодование на первый взгляд. Они отвлекли все внимание на себя, тем самым позволяя мне усыпить бдительность настороженной служки служки, которая грозовой тучей нависла над счастьем моей дочери.
Я не стала сразу врываться в комнату, слушая за дверью и внутренне напрягаясь, ведь эта женщина была девице не родной матерью, а я хотела почистить ей память, чтобы навсегда вычеркнуть знания об Икаре Насе из ее головы. Кстати, эту облысевшую девушку ждала та же участь. Но теперь даже не знала как быть. Придется бросить все свои силы, чтобы найти ту, которая осмелилась раздвинуть ноги перед моим супругом. Помню, как была шокирована, когда мне доставили письмо с земель черных драконов.
Незамедлительно его вскрыла, так как именно я все решала во дворце, пусть Икари думал обратное.
Стоило заскользить взглядом по написанным строчкам, как меня тут же обуяла ярость. Бастард! От моего супруга родился бастард! Радовало то, что ребенка признали мертвым и именно этот факт чуть успокоил мой гнев. Я написала обратное письмо, что проблемы этой убогой мало кого волнуют. Не стоило надеяться на то, что какая -то там магиана родит от сильного дракона.
Да как она вообще только смогла выносить дитя?! Я, сильная дракайна, сотни лет пыталась и ничерта не вышло, а тут появляется какая-то выхухоль и на тебе, принесла в подоле!
Все во дворце боялись меня, причем даже приближенные к моему супругу, ведь я любила наказывать в подземельях. У меня даже имелась своя пыточная, о которой мой дражайший супруг был не в курсе.
Любила слушать стоны боли. Любая провинность каралась наказанием. Я не убивала, нет.
