– Как ты меня нашел?
– Меня сюда привела твоя магия…
Ну да… Магия. Моя сейчас текла в его жилах, а дар Стилла бежал по моим венам или… Уже нет? Я попробовала ощутить его – и не смогла. А это значит, что у ликвидатора оказалась и собственная магия, и сила, которую он у меня отнял…
Мой взгляд метнулся от Дэна к тому месту, куда упало тело ликвидатора, и…
– Берегись! – только и успела крикнуть я.
Стилл среагировал мгновенно. В щит, который в последний момент успел выставить страж, ударило заклинание убийцы. Яростное, сжигающее все и вся пламя.
Сейчас нас от того, чтобы заживо в нем сгореть, отделяло лишь плетение Дэна. Он держал его, неотрывно глядя на противника, который явно превосходил его и в силе, и в опыте. А еще, судя по всему, противник позаботился и прихватил с собой артефакты. Иначе бы от удара он уже умер. И если один из них смягчил удар, то браслеты-накопители щедро делились своей силой с хозяином. Натиск ликвидатора становился все мощнее и яростнее.
Дэн держал удар. Но надолго ли его хватит?
– Ники, можешь двигаться? – напряженно спросил Дэн.
Кивнула. Даже если бы сейчас я могла шевелить лишь мизинцами рук, я бы все равно согласно закивала. И поползла бы, куда скажет Дэн. Потому что если он спрашивает, значит, ему это нужно и важно.
– Тогда беги. Я его задер…
Он не успел договорить. Ликвидатор кинул в сторону какой-то артефакт. Тот брызнул веером осколков, над которыми заклубился дым. А когда он развеялся, то мы увидели демона. Ничего себе! У этой рыжей сволочи был закупоренный в амулете демон черных пустошей? И сейчас эта тварь, вырвавшись на свободу, ощерила на меня и Дэна клыки.
– Я отвлеку! Спасайся! – прикрикнул на меня, начавшую подниматься на колени, Стилл.
– Спасаться? – прорычала я. Что этот стаж о себе возомнил? Нет уж, геройство – дело коллективное! – Я предпочитаю спасать! Я отвлеку тварь. Ты – уничтожь ликвидатора.
Не дав Дэну возразить, я помчалась в сторону твари и на полпути резко вильнула вбок.
Демон, уже решивший, что добыча сама прыгнет к нему в пасть, видимо, оскорбился от подлости и прыткости провианта, который вдруг сменил маршрут.
Тварь удивленно и обиженно рыкнула, помотала рогатой башкой, напружинила шесть своих лап и, оскалив пасть, полную клыков, рванула в мою сторону."
"А я сообразила, что забеги по прямой – не мой конек. Особенно если впереди маячит не дверь, а глухая стена.
Я мысленно взвыла и заложила очередную петлю. В вечерних сумерках очертания предметов сливались, образуя причудливые формы.
