Какая-то девица, сменившая на сцене Дрона, терзала наши уши, магофон, горланя от души. И было в этом пении что-то такое знакомое… гундосое. Вот!
– Милый мой, боль моя, – неслось из двери. – Я горю. Я вся твоя. Эта любовь нас связала. Твоих лишь взглядов для меня мало…
Под эти душераздирающие звуки из зала как пробка из бутылки вылетел Дрон. У приятеля был такой вид, словно он что-то украл и его при грабеже заметили и пустились в погоню.
Дрон лихорадочно огляделся, увидел нашу компанию, захлопнул дверь в зал, отчего душераздирающие вопли стали на порядок тише, и двинулся к колонне.
– Что это? – решила спросить я, впрочем догадываясь, каким будет ответ.
– Признание в любви. Тебе. – И приятель он посмотрел на Дэна. А следом за Дроном – и мы все.
Стражу пришлось оправдываться:
– Я тут ни при чем! И почему это именно мне? – перешел Дэн в наступление.
– Ну эта девица так и заявила, что посвящается Дэниэлу Стиллу.
– Она же не первокурсница, – удивилась я, и заинтересованные взгляды всей нашей компании скрестились уже на мне.
– А ты откуда знаешь? – вкрадчиво уточнила пострадавшая сторона, в смысле Дэн.
– Мы с ней встретились, и… в общем, гундос… в смысле эта адептка решила, что у нас с тобой что-то есть. Ну я и заверила ее, что ничегошеньки нет. И вообще, тебе понравилась моя подруга Силь – певица из элитного ночного клуба. Особенно тебя впечатлил ее голос… – честно, как на духу, выложила я Дэну, глядя, как при моих словах лицо мага становится мрачно-штормовым.
Но я мужественно, превозмогая страх, закончила. – Вот я и посоветовала ей поразить тебя вокалом…
– Она и поразила, – хмуро заверил Дэн. – В самые барабанные перепонки.
Дара на это хмыкнула и перевела разговор в иное русло (за что ей моя отдельная благодарность – больше я не буду ей пакостить по мелочам. Неделю – так точно. Только Лори). Некромантка пояснила, что принять участие в смотре талантов могут и другие курсы, было бы желание. Последнего, понятное дело, у адептов особо не наблюдалось: позориться еще раз, вспоминая первый курс, – то еще удовольствие.
А настоящие таланты и так всей академии известны, и без просмотров.
– Я не могу больше это слушать, – пожаловался Дрон, морщась от вокала гундосенькой.
Мы были с приятелем солидарны и поспешили убраться от актового зала подальше. Например, в парк рядом с главным корпусом академии. Пока шли, Дрон неуловимым образом просочился меж мной и Дэном и оказался рядом с Лори.
