Приятелю же руку перебинтовали и посоветовали эту ночь провести в лечебнице, чтобы к утру кости срослись. Услышав приговор, Дрон опечалился. А потом попросил:
– Ники, ты не могла бы тогда за меня опустить записку в урну.
Я заверила, что без проблем. И, не откладывая дела в долгий ящик, направилась к злополучной магической посудине.
Вырвала два листочка. На одном размашисто написала «песня», на втором – «танец на стуле». И тут в сумке завибрировал магофон. Дэн сдержал обещание и позвонил. Говорил он тихо, явно куда-то отойдя, чтобы его не услышали.
– Ни один из твоих «компасных» не сын канцлера, – с ходу огорошил меня страж.
– Почему? – задала я закономерный вопрос.
– Потому что эта парочка очень слаженно дралась. Ты не заметила.
Я недовольно поморщилась: значит, мне не показалось. И машинально сложила оба листочка, что лежали передо мной на подоконнике, пополам.
– Может… – начала было, чтобы возразить исключительно из упрямого характера.
– Не может. К тому же у одного, как я успел заметить, на груди, которую перевязывали бинтами при мне, татуировка.
Затертая, измененная, но я все равно узнал метку хранителя тайн.
Твою ж… только агентов секретной канцелярии тут не хватало. Хотя закономерно: где сын канцлера под личиной с телохранителем и ликвидатором, отчего бы и не быть спецагентам… Вот ведь! Не группа адептов-первокурсников, а прям рассадник магов под личинами какой-то!
– А если один, то… – начала я.
– И второй тоже! – подхватил Дэн.
Значит, остался один кандидат… Рыжий. Но простым методом исключения действовать нельзя.
Вдруг и тут я промахнулась. Страж ничего такого не сказал, тактично переведя разговор на другую тему – обмена магией. Мы договорились, что попробуем завтра. Все же полнолуние скоро, а ритуал сам себя не проведет.
А потом разговор перетек на какую-то чепуху. Попрощалась я с Дэном, когда на часах было почти десять. А это значило, что скоро двери общежития закроются. Я встрепенулась, заторопилась и, наскоро подписав сложенные листочки, кинула их в урну, еще не подозревая, что эта невнимательность грозит мне живым стулом, который попытается меня угробить.
Пока же я, не ведая еще о грядущих превратностях судьбы, мчалась на всех парах к общежитию. Успела в последний момент. И, взлетев по лестнице и войдя в комнату, рухнула на кровать. Могу сказать, что при этом поза звезды мне особенно удалась.
– День был такой плодотворный? – иронично поинтересовалась Лори, искоса глянув на меня.
– Не то слово! – не стала отпираться.
