Глава 23
ДЕМЬЯН
Я увидел ее впервые три года назад.
Голую.
Она совсем малолетка была, из душа выскочила в одних тонких трусиках, и я знал, что у Коваля есть две дочери, но к такому зрелищу был не готов.
Любовь с первого взгляда или мгновенный выстрел, когда сердце перестает биться – это одно и то же. Меня ударило тогда, ее запахом, чистым, ее красотой. Похоть и порок, желание – те грехи человека, те чувства, которые я не взял в расчет.
Три года я убивал.
Просто потому, что к ней посмели подойти.
И лишь теперь принял – хочу ее себе, насовсем, не смотреть, а трогать, целовать и слушать ее стоны, ее тело сжимать, в руках сдавливать.
— Коваль, я хочу твою дочь
Я это сказал. И это честно.
Алину я бросил в салоне только потому, что мне еб*чее благословение нужно было от ее отца.
Я его не получил.
— Что такое? – ответил он. — Хотеть мою дочь.
Коваль поднялся из кресла, как царь. Затушил сигару в прозрачной пепельнице. Подошел к бару, налил два стакана виски, второй протянул мне.
Он по кабинету расхаживает, как по орбите в космосе, с таким довольством и уверенностью, что ему принадлежит мир.
— Давай выпьем за наше сотрудничество, Демьян, – он улыбнулся, щербато. — Мне нравится с тобой работать. Ты ценный кадр, как говорится, — он хмыкнул. — И я ценю.
— Отдай мне дочь, – повторил. Прямо в глаза посмотрел, своему врагу.
Дети о подарках от деда мороза мечтают, я тоже так делал, но жизнь банально и тупо рубанулась на до и после, я засыпал в комнате на шесть пацанов и под подушкой держал вырезку из газеты – фотку Коваля в одной из статей о благотворительности, он нашему детдому помогал, меценат.
Его боготворили, он даже на праздник к нам приехал, на женский день. Он говорил со сцены, а я в кулисах медленно шагал к нему с кухонным ножом.
Меня наша повариха остановила, которая баловалась, подбрасывая в утреннюю овсянку жучков.
— Не будь дураком, – сказала она тогда и нож у меня выхватила, — месть – это когда красиво, это когда холодно, Демьян, чтобы застыла кровь.
Не на горячую голову. Учись у дураков.
Позже я узнал, что она была принудчицей, в нашем детдоме отбывала часть срока за то, что убила из ревности мужа.
Но тогда я поверил ей, дураком не стал. И три года был рядом с Ковалем – убийцей моих родителей, шагал с ним рука об руку, чтобы подать долгожданное холодное блюдо.
Вот только у этого ублюдка есть ангел-дочь.
