Мы с ним в чем-то похожи, хотя в свое время я меньше всего хотел походить на Коваля. Но я не наслаждаюсь чужими муками. Мне на них плевать, я просто делаю то, что должен.
— Алина сглупила, но она уже сожалеет, – я произнес это спокойно и уверенно. — Этот парень задурил ей голову. Алина неопытна, поверила в романтические бредни, и согласилась на побег. Но когда я приехал за ней, она уже сама жалела о своем поступке.
— Потаскуха, – Руслан меня не слышал. — Волынов давно на нее заглядывается, старый извращенец.
Мне нахер не нужна девка, которая меня позорит. Отдам Волынову, пусть сам воспитывает. Он из нее дурь выбьет.
— Нет! – повысил я голос, и Руслан взглянул на меня удивленно. — Не торопись. Я же сказал, девчонка сглупила, она молодая еще, обмануть легко. Лошок этот давно вокруг нее вился, изучил слабые места. С баблом у его семьи туго, отец на Сивого работал, но начал крысятничать, ментам стучать. В живых оставили, но все отобрали. Пацан помнил красивую жизнь, вот и решил примазаться.
Угомонись, Руслан, твоя дочь уже наказана.
Ну же, блть, успокаивайся!
Коваль вдруг расслабился, чуть откинул голову, и взглянул на меня с кривой улыбкой, которая не отражалась в стальных глазах.
— Вот как! Защищаешь ее? – ласково спросил Руслан, и резко выплюнул: — Запал на нее, да?
— На твою дочь? Нет. Я просто объяснил тебе все. С Алиной я провел пару дней, и немного узнал ее – девчонка зажата, ее напугали последние события, вот и повелась на этого чепушилу.
— Не заливай, блть, – хмыкнул Коваль зло.
— Пару дней ты с ней провел, да. Трахал Алину? Успел, или нет?
Я вспомнил жар и влажность ее рта, тугое горло, жадно обхватывавшее мой член, ее волосы в моей ладони, когда я насаживал Алину на себя…
— Нет, и не собирался, – ответил, и принял дымный взгляд Коваля спокойно.
— Демьян, если я узнаю, что ты яйца подкатываешь к моей дочери, закопаю, ясно? – отрывисто и зло произнес Коваль. — Лучше бы ты говорил мне правду. В противном случае тебе конец. Алина не для такого, как ты.
— Она для такого, как Волынов? – усмехнулся я. — Не подумай, что я сватаюсь, но я чем хуже?
— Ты итак работаешь со мной, и повязан. Волынов – нет. Воропаев тоже нет. Как и многие другие, – пояснил Коваль, подобравшись. — Дочерей у меня всего две – тех, о ком я знаю, и ни одну из них я не отдам за тебя.
Я кивнул, принимая ответ, который давно знал.
Коваль думает, что имеет надо мной власть. Пусть думает дальше, пусть продолжает обманывать себя.
