Что ты потребуешь?
— Ты так хочешь мне заплатить как можно скорее?
— Я хочу знать!
— Оплату я всегда успею потребовать, – усмехнулся, и принялся за завтрак. — Не торопись. Это скучно, принцесса.
Глубоко вдохнул воздух и, клянусь, почувствовал аромат ее злости и страха. Испуг в серо-голубых глазах Алины я заметил еще три года назад, а злость появилась сегодня.
Отличная приправа.
— Хорошо, как скажешь, – переступила Алина через себя, и перестала препираться.
— Да, как я скажу. И запомни, принцесса, – понизил я голос, — я – единственный твой друг.
Надеюсь, ты успела в этом убедиться.
Она едва заметно кивнула и, должно быть, подумала, что с такими друзьями и врагов не нужно. По крайней мере, выражение ее лица было красноречивым.
Глава 9
— Долго мы будем здесь торчать? – ныла сестра, крутясь перед зеркалом. — Уныло так, как в бункере каком-то!
— А тебе веселья хочется? За клофелином сходить?
Я все никак не могу отойти от утра, проведенного в компании Демьяна. Ужасный человек, просто кошмарный! Командует, в угол загоняет.
Я себя мышкой чувствую, с которой кот играет, вот только в норку спрятаться не могу.
Потому что отцу не нажалуешься.
И сбежать не получится.
Так неужели Демьян прав, и мне нужно молчать, и принимать правила игры, которые создали те, кто меня сильнее?!"
"— Может, хватит?! – зашипела Лара. — Ты достала уже с этим клофелином. У тебя мания, систер, тебе лечиться надо. Тебе врут, а ты веришь всем, кроме родной сестре. Какой-то урка меня оболгал, а ты и рада. До пенсии будешь мне припоминать то, в чем я не виновата.
— Ой ли?
Я давно поняла, что Лара – не ангел. Выросла, начала хитрить, врать, перестала быть моей младшей сестричкой. Да, я давно это поняла, но полностью пелена спала с глаз вчера.
Кем надо быть, чтобы опаивать мужиков, и обворовывать их? А если много таблеток подсыплет? Если у человека аллергия на клофелин, или сердце слабое?
— Не хочешь, не верь, – закатила Лариса глаза.
Я встала, потеснила Лару от зеркала, и принялась расчесываться.
— На работу? Снова с Демьяном?
— Да.
— Уф, я уверена была, что он отцу расскажет, – понизила сестра голос. — Темный он, дикий.
— Но не рассказал ничего.
— Не рассказал, – довольным голосом подтвердила сестра. — И я, кажется, знаю, почему.
Я застыла, через зеркало глядя на сестру, нацепившую на лицо выражение хитрой лисы. Она знает, а я? Я не знаю, но чувствую нечто странное. Что Демьян не стал бы покрывать одну лишь Ларису. Если бы сестра позвонила Демьяну, он бы приехал.
