Такими тягучими!
Растворяющими все мои сомнения и всю мою боль от разлуки!
– Люблю, – выдыхает мне прямо в раскаленную от поцелуев кожу.
– Как же я тебя люблю , Никкккка!
– И я…
Только и могу повторять, упиваясь тем, какая его кожа на вкус.
Скользя по ней языком и губами.
Каждым ударом сердца отзываясь на каждый его хриплый вдох.
– Люблю тебя, Арман! Так люблю!
Не могу больше выдержать.
Внизу живота все уже давно скрутилось в такой натянутый узел, что сил нет терпеть!
Арман ласкает меня в самом сокровенном месте.
Водит кругами по клитору , чуть прижимая подушечками пальцев. Размазывает влагу по всем набухшим складочкам.
И я уже хриплю. Почти рычу, впиваясь ногятми в его плечи.
Голова сама мечется из стороны в сторону по подушке.
Обхватываю его огромный толстый член.
Чувствую, как пульсирует на нем, до предела напряженном, каждая венка.
– Не могу больше! Арман! Мне так нужно! Так нужно тебя внутри!
И он был прав! Тысячу раз прав!
Наше запредельное сексуальное влечение это вовсе не похоть!
Это дикая, до ломки потребность сливаться в одно! Снова и снова! И эта пустота, которую я сейчас ощущаю между ног отголосок той пустоты, что была в сердце без него!
– Возьми меня! Войди! Я хочу слиться с тобой в одно! В одно целое!
Но он не спешит.
Устраивается между моих ног, упираясь прямо в лоно жадно дергающимся членом. Раздвигает рывком мои бедра на максимум.
А сам нависает.
Обхватывает ладонью лицо.
Жадно, с бешенным голодом всматривается мне в глаза.
– Скажи, что ты моя, Нимккккка! Скажи мне это! Что ты здесь, со мной добровольно, а не потому что я тебя заставляю! Скажи!
– Твоя, – выдыхаю, а тело исходит крупной дрожью.
Все кожа будто вспыхивает разрядом тока.
– Твоя, Арман, – зарываюсь руками в его густые волосы. Сама тянусь к губам, прижимаясь к ним так крепко. Как только могу.
– Разве ты еще не понял? Я твоя. С самой нашей первой встречи! Даже когда пытаюсь убежать от тебя! Все равно твоя!
– Никккккка!
Ревет, запрокинув голову.
А после набрасывается на мой рот."
"Жадно, лихорадочно, безумно голодно таранит.
Одним толчком входя в меня. Заполяняя на максимум своей пульсацией. Своей разбухшей плотью.
– Твоя, Арман!
Выдыхаю, срываясь на протяжный стон.
А все тело до самых кончиков волос уже пронзают судороги наслаждения.
– Всегда твоя!
Он резко дергается вперед.
Заполняет меня так сильно, что с криком выгибаюсь в пояснице.
И новый оргазм срывает с катушек. Пронзает даже разум.
