– А у тебя женщина совсем не ваших раскладов, да, Арман? Как же это ваше? Тихая? Покорная? Чтоб глаз на мужчину поднять не смела? А она глаза выцарапывает! Это тебе наказание, Багиров! Дикая кошка вместо домашнего тапочка в виде женщины!
– Да…
Шепчу, сладко улыбаясь.
И снова тону в огромных зеленых глазах.
– Мое… Мое наказание… Моя дикая кошка… Мне с таким наказание никаких наград не надо! Каждую минуту себя наказывать готов!
– Ты мне объяснишь, что между вами происходит?
Бормочет, хлопая глазами.
Переводя взгляд то на него, то на меня.
– Объясню, Никкка. Потом. Потом все.
Прижимаюсь.
Жадно дышу.
До сих пор не верю, что сжимаю ее руками. Что все позади…
– Люблю…
Шепчу новое, странное для себя слово, зарываясь руками в ее волосы.
– Люблю так, что крышу сносит… Никкккка.
– Арман!
Ее губы уже рядом.
И вдруг глаза становятся огромными, как два блюдца.
А пальцы почти до боли впиваются в мои плечи.
Резко разворачиваюсь. Почти швыряя ее в машину.
Блядь. Выстрела в спину я не ожидал!
Выхватываю ствол, но, походу, слишком поздно.
У Гудимова таки остался верный человек. И… Блядь. Не один!
– На землю!
Орет Ромка, и я падаю на рефлексе.
Еле успевая увернуться от еще одной пули, прилетевшей сзади.
– Блядь.
Рука сбивается. Я мажу.
Но тот, кто уже готов выстрелить в меня в упор, падает, как подкошенный.
Из-за деревьев выходит здоровяк, очень похожий на Ромку. Что комплекция, что повадка. В темноте бы увидел. Мог бы и перепутать.
– Там их еще с десятка два.
Справимся.
– Ника, закройся!
Кричу, поднимаясь.
Десятка два это херня собачья! Главное, фактора неожиданности больше нет! А так не хрен делать!
Вот и сбылось, о чем я думал.
Таки пришлось с братом спина к спине подраться. Не друг против друга. А вместе. Против врагов.
И, черт возьми! Мне это понравилось! Ромка не подкачал и не облажался! Спокойно с голыми руками попер на бойцов Гудимова! Даже рыча от удовольствия и азарта!
– А ты как здесь?
Мы тяжело дышим.
Вокруг валяются тела этих изначальных смертников.
Даже не заметил, когда в этой драке рядом оказался Марат.
– Ну как же? Мне, может, обидно. Прогулка по лесу. Это ж романтика! А ты один пошел! Непорядок!
Смеется, закуривая.
А я пожимаю руку брату. Впервые в жизни. По-настоящему и от чистого сердца.
– Теперь я тебе должен, Роман. И давай на хрен прекратим эту вражду! Хоть познакомимся по-настоящему, м?
– Должен. Я приеду долг забрать. Не сомневайся, – хмыкает.
