Рубанул ножом пару раз, и шлепнул два толстых розовых кругляша на белый хлеб.
— Нам нужно в салон, – сказала, пока охранник лакомился бутербродом, роняя по полу крошки. — Откроем папин сейф и посмотрим, там ли деньги. Ждать нельзя.
— Костя с места не сдвинется, пока приказа Демьяна не получит, – Лара с презрением зыркнула на охранника. Потянула за край бинта, подвигала пальцем. — А Демьян трубку не берет?
— Телефон вне зоны, – обернулся к нам Костя и брякнул сотовым по столу. Задумчиво пожевал колбасу и положил недоеденный бутерброд.
— Будем ждать.
Он отряхнул руки, проверил пистолет под распахнутой курткой и вышел в коридор. Послышался звук хлопнувшей двери.
— Пойдем, пока он в туалете, – соскочила с табурета и дернула Лару за руку.
— Алина, пусть мужчины разбираются, – зашипела сестра, но я уже тащила ее в прихожую.
Я о своем страхе сказать не могу, я и сама не верю, но мы должны проверить. Ведь если деньги в сейфе, и папа исчез без них – с ним что-то случилось.
А последний человек, который с ним виделся – его правая рука.
Демьян – это имя в груди отзывается тягуче-болезненно, он меня женщиной сделал, а до этого убил жениха.
И вот теперь пропал папа...
— Хватит спорить, – шикнула и толкнула Лару. — Живо одевайся.
Сестра попятилась, я редко ей приказываю, чаще за нее разгребаю проблемы, но если чего-то требую – она слушает. Сразу.
Помогла Ларе обуться в серебристые угги и вытолкнула ее на площадку, с полочки подхватила ключи и выскочила в подъезд.
И в ту же секунду распахнулась дверь туалета.
Оттуда шагнул Костик, на ходу застегивая брюки. Обернулся на сквозняк, в удивлении вскинул брови.
— А ну-ка назад! – рявкнул он и рванулся к нам.
В испуге захлопнула дверь у него перед носом, дрожащей рукой толкнула ключ в замок, повернула два раза.
И лишь тогда выдохнула.
— Куда поперлись, дуры! – бесновался по ту сторону охранник, кулаками ритмично отбивал по двери удары, — открывайте! Демьян всем головы оторвет, слышали? И вам, и мне!
— Пошли, – первой схватилась за перила и пошла по лестнице наверх.
Плана у меня никакого нет, есть лишь идея. Что в подъезде найдется чердак, и мы сможем уйти по крыше, до другого подъезда, а там, на углу дома – люди Волынского нас не увидят, они ждут с другой стороны.
— Алина, – сестра поднялась вслед за мной на площадку последнего этажа. — Скажи честно, – ее голос задрожал, как в детстве, — с папой что? Он ведь жив?
— Надеюсь, да, – взбежала по узкой лесенке к потолку и толкнула железную крышку.
