После того, что сестра устроила вчера – я от нее поведения пай-девочки и не жду, малышка выросла в юную стерву.
Подавленно молчу, слушаю папино сопение в динамике. Его перебивают слабые стоны, один из гостей сейчас замечательно проводит время.
— И в том, что сестра отбилась от рук – твоя вина, Алина, – дальше понесло папу, — дом на тебе, и воспитание сестры тоже, а ты с такой задачей элементарной не справилась, – разочарованно отругал он меня, и добавил, — до конца года работаешь без зарплаты.
— Но пап, – поднялась со стула и сморщилась, это Ларисе он выдает какие-то деньги на карманные расходы, меня так не балует, я давно покупаю сама и учебники, и одежду.
— До конца месяца две недели, а я на днях заказала книги, и...
Он бросил трубку, не дослушав.
Вздохнула и кинула телефон на стойку.
Дорогущий. Я его, наверное, продать смогу, и купить обычную трубку.
А еще есть кольца.
Достала из кармана красную коробочку и щелкнула крышкой. Полюбовалась на два золотых ободка и качнула головой.
Нет, их придется вернуть Марку, а еще снять розовые очки и перестать верить в мечту, что я замуж за него смогу выйти.
Проверила время, натянула улыбку и поболтала с девочками-мастерами, закрыла смену. И поплелась к двери, когда на экране появилась фигура Демьяна.
Открыла засов и запустила его внутрь. С ног до головы обдало морозом и свежим воздухом, и едва уловимо – его крепким парфюмом.
Он молча кинул мне куртку, поставил у дивана сапоги.
— Лариса не звонила? – спросил мрачно.
"
"— Я бы сказала, – огрызнулась и застегнула молнию. Откинула волосы за спину, робко предложила. — Может, съездим до ""Портала""? Вдруг Лара там.
— Я там уже был, – отрезал Демьян и посторонился, пропуская меня вперед. — Давай, Алина. Шевелись.
Раннее утро, и на улице глубокая темень, картинно, как на открытке, крупными хлопьями падает снег, мы шагаем к его машине.
— Придурок твой не объявлялся больше? – усмехнулся Демьян и распахнул дверь.
— Тебе легче живется от того, что ты других оскорбляешь? – забралась внутрь и взглядом проследила, как он обходит машину.
Крупный, высокий, привлекательный и невозмутимый. В голове ожил его голос, его хриплая угроза, что он любит грубо, и я на секунду представила – его и себя, и как он, схватив меня за волосы, швыряет меня на кровать и наваливается сверху, подминает под себя.
Нервно сглотнула.
Он сел за руль, выехал на дорогу. Снова без музыки, и в машине повисла напряженная тишина.
