-Я просто любуюсь, - прекратив смеяться, признаюсь я и на несколько секунд она зависает, и взгляд ее меняется, становится мягче.
Встаю с дивана, подхожу к ней, убираю волосы за спину и целую в шею, заранее зная, как отреагирует. Она всегда при этом дрожит и закрывает глаза, словно я задеваю нужные кнопки, позволяющие из воительницы сделать ручного котенка.
-Лошади, Фархат, - напоминает, но вместе с тем, зарывается пальцами в волосы.
-Лошади. Я помню.
Заставляю себя остановиться, потому что нам еще минут сорок ехать до КСК.
Через несколько минут все-таки выходим из дома и едем на моей машине. Одна рука на руле, другая - на ее колене. Сая развлекает историями, а я слежу за дорогой, задаю уточняющие вопросы и чувствую, что знал ее всегда и что она и есть моя родственная душа. Кажется, с возрастом я стал сентиментальным, но только так я могу объяснить все метаморфозы.
В клубе я седлаю Верного, а Сая опять берет Снежку. Спокойная езда не для моей девочки, она воинственно несется вперед, оборачивается, смеется, поняв, что я отстал.
А я может быть специально это сделал, подыграл. О том, какая она грациозная и лихая наездница, я знаю очень хорошо. И перед глазами всплывают совсем другие, не менее яркие картинки.
Тучи сгущаются и мы решаем вернутся в КСК раньше, чем планировали. Как только заводим лошадей в конюшню, начинается дождь. Кап ли сильно стучат по крыше, лошади ударяют копытами в пол. Мы с Саей не решаемся бежать к машине, потому что льет как из ведра, но непередаваемо красиво. В клубе все уже знают, что Сая - моя девушка, но это мои проверенные люди, и такое не скроешь, если ты держишь свою женщину за руку и смотришь на нее, как собственник.
Выйдя из конюшни и встав под навесом, мы долго смотрим на октябрьский дождь. Я обнимаю ее сзади и целую в висок, а она кладет ладони на мои руки и поглаживает их. Ощущение абсолютного счастья и спокойствия рядом с ней не покидает.
Вечер проводим дома, спрятавшись от холодной осени и посторонних глаз. Сая хвалит мою квартиру, говорит, что все сделано строго и со вкусом, как и положено взрослому мужчине: коричневые и темные тона, минимум мебели, максимум пространства.
-Это мы девочки, любим, чтобы там плед валялся, там книга. О, и обязательно цветы! - смеется она, когда мы сидим за столом.
-Мне понравилось у тебя. И здесь, и в Астане, - говорю честно. - И я бы не против растений в горшках здесь, если бы ты за ними ухаживала.
Сая улыбается, склоняет голову на бок и тянется за бокалом белого вина.
