Они разрешили мне стать супругом и отцом… Скоро я покину их, — я всхлипнула, предчувствуя разлуку и боль от неё, — Но до этого разрушу планы Нан-Гулакха!
— Да что он задумал вообще? — выкрикнула я в сердцах.
— Подозреваю, он хотел стать единственным богом здесь, — спокойно подытожил Суоронто, — И кстати, на вас он наверняка имеет виды, как на будущую супругу!
— Да ну! Зачем ему тогда позволять мне выбрать столько мужей? А Ирнанн? В нём проявилась сила Уншеда! Почему он ничего ему не сделал?
— Он попытался бы перетянуть Уншеда на свою сторону.
Мог выкрасть вас и пригрозить не отдать никогда. Тогда ваши мужчины согласились бы на всё! Пусть пришлось бы поделить власть, но всё же быть одним из двух богов — это лучше, чем одним из двадцати!
— Двадцати? Но вас ведь… — я мысленно сосчитала всех присутствующих богов, прибавила беглого заговорщика, — вас же девятнадцать!
— А ты? Себя ты не считаешь? — пропел Дилоос, сдвинув моё платье повыше и лаская ноги, его длинные пальцы уже поднялись вверх, к самому сокровенному.
Мои сайны молча терпели божественное самоуправство."
"— Вы, а-ах! Вы так и не сказали, почему это вдруг я стала богиней! Я хочу… — поймала взгляд Тунтроя, — знать…
— Расскажи нам, малышка, что происходило с тобой! — пропела Исаноо, — Всё странное и необычное! Тогда мы вместе проанализируем события, приведшие тебя в наши ряды.
— Необычного? — я оглянулась на своих нагов, на Шарри, на сайнов и горгонов, — Да всё необычное! Начать с того, что ваш собрат притащил меня из другого мира в ваш! — глаза богов сверкали от предвкушения, — Он отдал меня Шарри, я стала его женой.
Потом он дал мне магию. Возможно, это какая-то малая часть его собственных сил, а возможно проснулось что-то, дремавшее во мне в моём родном мире. Сил было немного, но хватало, чтобы зачаровать хозяйственные постройки и дома. Так бы мы и жили, если бы Сшан не вздумал выкрасть меня!
— Прекрас-сная человечка давно заинтересовала меня! Она любилась со своими оракхами на берегу реки, вызывая во мне безумную зависть и злость! — вступил в разговор наг, — Я унёс её к себе в Пещеры, но моя мать… с помощью своих слуг избавилась от неё.
Пока я нашёл её, пока утешил, — двусмысленная улыбка эмисса напомнила мне его любовь, его страсть, — Мы нашли первую часть кобылицы — её перламутровый рог, затем вернулись в Пещеры. Её орки сцепились аккурат возле входа. Таини отказалась от зелёного Дуннрака, и дальше мы пошли втроём: она, я и Шаррдак. Вторая часть была на самом нижнем уровне Пещер.
