Фото было густо заставлено венками, и словно выглядывала из кустов. Ульяна… или Анна… чувствовала себя потерянной и словно замёрзшей, хотя не могла ощущать перепадов температуры. У могилы стоял Егор с убитым выражением лица, его держала под руку Ирина. Ульяна – Анна видела, что между этими двоими словно проявляется трещина. Они вроде бы и рядом, но уже не вместе. И тут ей стало жаль сына. И эту упрямую девчонку, живущую какими-то шаблонами, которые она искренне считает своими идеалами. Вот бы сказать им, что с ней всё в порядке и она не умерла.
Хотя, её состояние и жизнью назвать сложно. Ира вдруг подняла глаза и посмотрела в упор, будто могла увидеть. И судя по испугу на лице, и правда увидела. Разве может такое быть? Почему она, а не её родной мальчик? Потом Анну будто завертело, скрутило в спираль, она пронеслась, кажется, через всё кладбище, а затем услышала громкий хлопок. И очутилась перед тем же странным существом, что и сразу после аварии. Мамы… то есть, её, Анны мамы, на этот раз не было.
– Что-то пошло не так? – спросила новопреставленная душа.
– Ничто не может пойти не так, – получила она ответ. – Всё может пойти по-другому. Но как правильно, этого никто не знает. Попробуешь ещё раз, уже скоро. Может, с твоей помощью он даже станет счастливым. Хотя – это только в его руках.
После этого она проснулась, но ничего уже толком не помнила. Воспоминания словно растворились в ней, дверца во вторую память захлопнулась, уступив всю инициативу нынешней, новой жизни.
Она уже не понимала, зачем ей было сбегать от воспитателей и почему пыталась ссориться с мамой. Со своей единственной мамой, а других она и не знала, да и не надо, ведь эта – самая хорошая и ближе неё нет никого и никогда не было. Всё находилось на своих местах. Возможно, какое-то «правильно» всё же есть.
***
Они гуляли втроём по предновогодней Праге. Ульяну очаровал красивый город, нарядное рождественское оформление. Девочка нашла детскую площадку и самозабвенно её исследовала.
– Из неё отличная путешественница выйдет, – одобрительно сказал Егор, наблюдая как девочка общается с совершенно незнакомыми ей чешскими детьми.
– Уже, смотрю, вышла, – засмеялась Ира. – Она меня вчера спрашивала, когда мы в Индию полетим.
– Ну, это уже теперь только после того, как у нас новый компаньон подрастёт.
Оба посмотрели на уже заметный Ирин живот, он слегка выступал, из-за чего дизайн пальто выглядел скруглённым. Пятый месяц уже идёт, как-никак.
