– Надо мной смеёшься? – воспользовался хоть чем-то отдалённо похожим на речевой сигнал Егор.
– Нет, над собой. Очень я бываю забавная.
Егор промычал что-то неопределённое, так что было не понять, соглашается ли он или возражает.
На выходе из машины галантно подал ей руку, приоткрыл дверь подъезда, впуская. Джентльмен, как и прежде, хоть что-то в жизни неизменно. Вот и квартира. Фифа встречать не вышла, слишком много чести. Оно и лучше, без свидетелей. Всё так же молча помог снять пальто, разместил на вешалке. Предложил руки помыть перед ужином, сам на кухню пошёл.
Ира неожиданно для себя увлеклась процессом, сосредоточенно скребла ладони, пальцы, словно собиралась за столом не запеканку с салатиком употреблять, или что он там наготовил, а сложную хирургическую операцию проводить. «Я так кожу соскребу, надо выходить». Так же тщательно вытерла руки, толкнула дверь ванной, быстро вышла и не сразу увидела Егора. Он стоял и ждал её там. Расположился очень продуманно, так чтобы его дверью не огрело. А вот Ира не ожидала, и буквально в него врезалась.
Может, он и это просчитал, вполне на него похоже. Поймал, зарылся лицом ей в волосы, пробубнил в них же:
– Ну всё, больше я тебя не отпущу.
Легко подхватил на руки, будто тренировался, и понёс вовсе не в кухню.
– Предлагаю ненадолго отложить наш ужин, – прошептал он ей на ухо по пути в их прежнюю комнату.
– Поддерживаю."
"Они, конечно, поговорили. И ужин Ира оценила, правда, ближе к ночи. И пижама, совершенно точно, Ольге пригодилась, в отличие от неё самой.
Ей вполне хватило и длинной футболки, коих в шкафу Егора было в избытке.
Что тут рассказывать? Иногда всё может быть предельно просто. Сожалели, скучали и тосковали оба. И оба не могли делать первый шаг. Пока Егор не проснулся утром с отчётливой мыслью – он хочет быть с ней. И надо обязательно выяснить, нет ли и у неё симметричного желания.
– Я был дурак, признаю, раскаиваюсь.
– Мы с тобой не на комсомольском собрании, – окоротила его Ира.
Егор преувеличенно внимательно осмотрелся.
– Точно? А то я думаю, почему товарищ председатель не по форме одета. В одной простыне.
В комсомол они уже оба по возрасту не успели, но шутка про «собрание» у них была ещё в той, безоблачной жизни, лишённой смертей и реинкарнаций.
– А теперь дай мне серьёзно сказать. И простынку, будь добра, повыше натяни, а то я отвлекаюсь.
Беседа проходила в постели Егора, где они провели последних два часа и в обозримом будущем вылезать из неё не собирались.
