Из гостиной доносился разговор на повышенных тонах и отчетливо слышался голос Мортимера. Но я ведь не могла вот так просто войти туда? А подслушать под дверью мешали представители закона, толпившиеся в холле.
Можно было пройти через коридор в столовую, откуда в гостиную вела еще одна дверь. Может, там удастся что-нибудь услышать? Туда я и направилась.
В коридоре было тихо и сумрачно из-за плотно задернутых штор. Солнечный свет проникал только в одно из окон, находящееся в самом конце комнаты. Толстые ковры заглушали мои шаги, но для надежности я все-таки сняла туфли.
Сердце отбивало дробь еще похлеще, чем при встрече с графом в садовой беседке. Я уже миновала кабинет, как вдруг за его дверями послышался звук падающего предмета, а потом тихая ругань. Интересно… это еще кто?
Резко остановившись, я сделала несколько шагов назад и заглянула в узкую щель приоткрытой двери. В кабинете находился незнакомый мне мужчина. По дорогой одежде можно было предположить, что он дворянин. Незнакомец поднял с пола тяжелую хрустальную пепельницу, вернул ее на место, после чего достал из внутреннего кармана какой-то конверт с красной сургучной печатью.
Он похлопал им по ладони, словно размышляя над чем-то, после чего сунул в ящик письменного стола. Было во всем этом нечто подозрительное… Я всеми фибрами своей души чувствовала, что здесь происходит нехорошая история.
В это время незнакомец вышел из-за стола и направился к двери. Вовремя опомнившись, я спряталась за штору, где практически превратилась в каменное изваяние.
Неспешным шагом мужчина прошел мимо, обдав меня горьковато-хвойным ароматом своего одеколона. Дождавшись, когда он скроется за углом, я выбралась из своего укрытия и прошмыгнула в кабинет.
- Боже… зачем тебе это? Заче-ем? – мой голос предательски дрожал, как и открывающие ящик руки. Вот он! Конверт. Его, похоже, не собирались прятать, потому что он лежал поверх остальных бумаг. Никаких надписей, лишь запоминающийся штамп на красном сургуче. Я обратила внимание на лежащую рядом печать и, взяв ее за фигурную золотую ручку, посмотрела на оттиск.
Скрещенные мечи, лавровый венок и корона. Ею и запечатали конверт. И это сделал не Мортимер. Ведь тогда бы это письмо не подкладывал в ящик стола графа другой человек.
Поддавшись какому-то мгновенному порыву, я засунула конверт в декольте и собралась было покинуть кабинет, но тут из коридора послышались голоса.
- Мама… - прошептала я, вертя головой в разные стороны.
