Смущается…
Ну, не силен я в словах, мне проще телом. Теряя тормоза, подхватываю её за затылок и талию. впечатываю в себя. Но впиться в губы в последнее мгновение не осмеливаюсь. Прижимаюсь носом к её виску, жадно и глубоко вдыхаю. От головокружения и нежности подкашиваются колени. Глаза захлопываются…
— Марат… Нет! — ладони упираются мне в плечи. — Марат…
В этом горячем дрожащем шёпоте целая вселенная моих ощущений. Они курсируют по телу…
В этом шёпоте неуверенность… Мягкая, ранимая… Горячая!
Мне кажется, я век так могу простоять, дыша ей, ощущая её.
Веду носом по коже, утекая от щемящих волшебных вспышек в груди.
Торможу порыв потянуть её за косу вниз, чтобы вынудить поднять лицо и врезаться в губы. Из горла вырывается неконтролируемый хриплый стон.
— Стоп! — задыхаясь шепчет Алёна.
А для меня её шёпот наоборот — разрешение. Но руки давят на плечи сильнее, отталкивая решительней.
Сейчас мой головокружительный полёт в ощущения закончится. И я выхвачу. Между нами нарастает трешовое напряжение.
Выкрутившись, слегка припечатывает мне по щеке.
Одновременно с моим выдохом:
— Не могу без тебя!
Опускаю взгляд. Тело пульсирует от её близости. Я обесточен. Эмоции выплеснуты.
Алёна нервно и растерянно ведёт пальцами по своей цепочке. Её рука дёргается к моей горящей щеке, но не прикоснувшись, она рывком отворачивается к окну.
— Не надо так делать, Марат.
— А как надо?
— Никак не надо.
— Не подходит мне Ваш совет, Алёна Максимовна.
— Уходи. Нет. Стой.
Вытаскивает из сумки плитку шоколада.
— Это за помощь.
— Не нужно.
— Возьми, пожалуйста.
— Я не ем сладкого. Я на спортпите.
— А ты ешь! — в растерянных чувствах, впихивает мне в руки. — Девушку угостишь.
Слабеет ее голос.
— Девушку? — злюсь я. — Девушка от меня шоколад не принимает. И цветы тоже.
— Марат!! Ну невозможно это, понимаешь?! Хватит!
— Не понимаю. Почему?
Вздрогнув, оборачиваемся на звук шагов. Бес.
— Тарханов, свободен.
— Спокойной ночи, Алёна Максимовна, — чеканю я.
Бес догоняет меня в холле.
— Марат, завязывай Алёнку дёргать.
— А что — мешаю? — рывком разворачиваюсь, сжимая кулаки.
Шоколадка в руках ломается. Бес обезоруживающе улыбается.
— Спать иди, Отелло! — хлопает по плечу.
Как спать-то теперь?..
— Бессо, дайте номер Ростовской.
У неё везде скрыт.
Но если ртом у меня ей сказать ничего правильного не получается, может, получится пальцами.
— Не могу, Марат, — разводит руками.
— Пожалуйста.
— Тормози, — толкает кулаком в грудную мышцу. — Это не клуб знакомств.
