Что с этими рекомендациями будут делать твои кураторы и тренер — это уже ваше с ними дело. Но мои рекомендации будут в базе школы. Я как медик не хочу умолчать об этом и потом нести ответственность за то, что ты придумаешь или умолчишь в следующий раз. Любая фальсификация — нарушение контракта. А сейчас — вперёд на рентген. Наш аппарат УЗИ — ненадёжная диагностика.
Открывает возмущённо рот, пытаясь парировать. Но парировать ей нечем. Формально — контракт нарушен.
Отвернувшись, протираю руки антисептиком. Неприятная она…
Люба выводит еë за дверь к тренеру.
Запираемся. Садимся на окошечко, достаем сигареты.
— Ну вот… Чист твой котёнок, аки ангел. И ни в каких Кать причиндалами не тыкал. Выдыхай. Позвонишь?
— Нет… — опускаю взгляд.
— Почему?
— Защитить его попробую.
— От Рустама?
— Мхм…
Глава 41. Тайна
— «Самбо», — рявкает Рустам. — Через полчаса — на татами. У команды кроссфит, потом спарринги. Тарханов… А у тебя «учебный» спарринг со мной лично. Не забыл?
— Не забыл, — цежу я.
— Эээ… — пихают локтями с боков пацаны.
— Ты чего, Мар?
— Болезные — собираем сумки, со сборов сняты, — продолжает Рустам.
«Болезных» у нас парочка. Артём и ещё один балбес башку стряс вчера.
Исподлобья молча сверлим Рустама взглядами.
— А также сняты все, кто не готов встроиться в новый процесс тренировки под моим руководством.
— А у нас никто не готов, — грызет зубочистку Яшин.
— Тогда собирают сумки все, премии от спонсоров возвращаете за свой счёт. Контракты со школой будем расторгать в юридическом порядке, с неустойками.
Ясно?! — рявкает Рустам.
Совсем края потерял, переглядываемся мы. Никогда у нас со школой проблем не было. Контракты расторгали легко, если кто-то уходил. Силой не держали.
Многие уже премии потратили по привычке. Возвращать не приходилось… Не все могут вернуть. Допустим, я смогу. Ромке родители денег дадут, если что. У Яшина всë на депозитах. И взять не у кого. Эти двое — тоже из интерната…
Ну, приплыли, короче.
— Ты погоди мои контракты расторгать, Рустам.
— Бес!!! — вразнобой выдыхаем мы.
— Ты сначала найди себе пацанов талантливых, мотивируй их, сделай из них бойцов, команду, найди им спонсоров, заключи эти контракты, потом ими распоряжайся, — прихрамывая и держась за бок, не торопясь идёт к нам. — А со своими бесятами я буду сам договариваться, брат.
«Брат» словно выплёвывает.
— Бессо Давидович! Как Вы себя чувствуете? А у нас тут треш какой-то! Как хорошо, что вы вернулись! — окружают его толпой наши.
