А у некоторых это чёрным по белому прописано в контракте, если они выходят на спонсорские программы. Никаких беременностей. Никаких детей.
— Ну, что там, Кать?
Выходит поникшая.
— Да??
Опуская глаза, кивает.
— Мне нужен Постинор.
— Катя, ну какой Постинор, если тест уже показывает? — хватаюсь за голову.
— А если две выпить?
— Да хоть три! Это очень опасно. И не гарантирует… Осложнения страшные могут быть.
Ну умная же девка, а такие глупости говорит.
— Ну а что теперь делать, у меня соревнования!
Листаю телефонную книгу.
На душе гадко. Ну, а что я могу сделать? Уговаривать её рожать в восемнадцать? Вместо карьеры на которую она пашет с детства, и к которой после родов уже не вернётся?
Я смотрю в её глазах. Там холод. Бесполезно.
— Виновник торжества хоть в курсе?
— Нет, конечно.
— Ясно. Записывай телефон. Это мой гинеколог — Галина Ивановна. Очень хороший гинеколог. Скажи, что от меня, она быстро примет. Расскажешь как есть. Дальше… Сама решай.
Записывает номер.
— Вызывай такси, и поезжай. Но перед тем, как решение принимать, поговори с мамой. И с парнем своим.
Застывает, поджимая губы.
— Так не мой он, Алёна Максимовна. Ваш вроде как.
Телефон вываливается из моих пальцев на стол.
— Вы только Марату не говорите ничего, пожалуйста. Вы же врач. А это наша врачебная тайна, так?
Слепо смотрю вперёд.
— А… Когда вы?.. Ну… — выдавливаю я из себя.
— Да я записывала, что ли? — пожимает плечами. — Когда хотелось, тогда и… Вы же знаете, какой он.
Хрен ему откажешь, — зло.
Мне так оглушающая больно, словно из дробовика выстрелили в грудь. И там оголенное, обожжённое, несчастное моё сердце.
Знаю… Прекрасно знаю!
Катя выходит. А мой мир, в котором я посмела быть счастливой, рушится. Вдребезги.
И я, ещё не пережив предыдущую истерику, вдруг с головой ныряю в новую.
Тарханов…
Как ты мог?! Как ты мог таким взглядом смотреть на меня, такие слова говорить, и трахать там кого-то?.
.
Перед глазами много-много кадров с Тархановым. И Катя все время рядом! То касается, то смеётся его шуткам, флиртует… Фотала его постоянно, в бассейне и когда с парнями дурачился. Как подружка! Меня это дергало. Но мне казалось, я просто глупая и ревнивая. Да и какое имею права ревновать? К тому же он при мне еë не замечал. А когда я отказывала, значит, к Кате бегал?
Здорово…
Удобно так любить. Можно и год безответно и два, и три.
