Сначала двигаются медленно, вкрадчиво, а затем становятся резкими и быстрыми. Бедра двигаются им в такт, а тело извивается от удовольствия.
Пальцы двигаются неутомимо, нетерпеливо. Выгибающееся тело требует большего, затвердевшие соски просят ласки, бесстыже раскрытое лоно требует…
В момент, когда жаркая волна затопила девичье тело, синие глаза всплыли в ее мозгу.
— Тасся!!! — рычал он.
— Сандро!!! — заорала Тасся и проснулась…
Глава 14. Ночь
Тасся села на кровати, прижав пальцы к губам. Только бы никого не разбудить! То, что она кричала, сомнений не было — горло все еще першило.
Или, может, это от возбуждения?
— Ох, мамочки, — прошептала Тасся.
Только что, во сне, она страстно и горячо отдавалась мужчине. Но почему именно Сандро?
Девушка всхлипнула, и посмотрела на свои ладошки. Они не светились. Ни одна искорка не пробегала по ним. Ни синяя, ни белая, никакая… Только пекло то место на запястьях , где накануне обвилась нить, привязавшая душу Крис к ней. Тасся прислушалась — тишина.
Ну что ж, своим воплем она никого не разбудила, это хорошо.
Шелковая простыня сползла по ее ногам и упала с кровати. Край шелка, падая, задел по возбужденным складочкам. От неожиданности, девушка вздрогнула и сдвинула бесстыже расставленные колени.
Как же она посмотрит завтра в глаза Аркху? А Сандро?!
На плохо слушающихся ногах она побрела в ванну. Включив холодный душ, она встала под колючие струи. А затем, намылив душистым гелем мочалку, неистово терла себя, словно пытаясь смыть следы былой страсти.
Дотронулась мочалкой до груди — словно по чувствительным соскам тысячи иголок прошли. Уж больно остро мочалкой получалась. Отбросив ее в сторону, продолжала намыливать себя рукой.
Грудь, живот, лоно… Чужие прикосновения вспыхнули в памяти так явно, так остро… Низ живота налился огнем.
Рука сама собой потянулась вниз и нащупала воспаленный, пульсировавший бугорок. Прикрыв глаза, принялась водить вокруг пальчиком — но становилось только горячее. Тяжелое дыхание, постанывание — она словно заново переживала свой сон.
Ничего не могла с собой поделать!
Пальчики гладили все настойчивее, все ускоряя и ускоряя темп… Все ее чувства сосредоточились в одной точке тела — там, где она безжалостно ласкала себя. Ахахах…. Как же хорошо! Сон даже и не угадывается. Девушка тихо простонала и обессиленно прижалась разгоряченным телом к холодной мраморной стене.
Тихо скрипнула дверь. Прохладный ветерок прошелся по возбужденной коже.
