Для меня все это было в диковинку и именно от того, я так волновался в ожидании реакции девушки.
— И все это правда можно есть? — мило улыбнувшись, спросила Ева, а в меня словно убойную дозу кислорода закачали.
— Очень надеюсь. Я сам готовил. Первый раз в жизни, — усмехнулся и потянул ее к столу, — И еще не пробовал.
— Решил поставить на мне эксперимент, — Ева хитро глянула на меня, а мне захотелось ее съесть.
— Я могу быть первым, — поднял вилку со стола и повертел ею в воздухе, затем разрезал мясо и засунул кусочек в рот.
— Вроде, есть можно.
— Уверен?
— Ага. — Было и правда вкусно, конечно, не так как у мамы.
— Ммм вкусно, — Ева облизала свои пухлые губы, а я перестал жевать. Член болезненно дернулся, и я поспешил отвлечься, представляя тощие жопы. Бля, раньше помогало, но теперь перед глазами предстала лишь одна единственная округлая и такая манящая попка, что мое желание только усилилось во сто крат. — А это?
— Мама сказала, что это мясо по-французски, — хрипло ответил и попытался дожевать кусок мяса, который внезапно стал жутко пресным, да и вообще никаким.
— Кирилл, только не говори, — Лунтик округлила глаза, — что ты меня обманул и это готовил не ты.
— Мама помогала по телефону, — повинился, почувствовав себя каким-то олухом. Что за чушь я говорил? Наткнулся на ее торчащие соски сквозь тонкую ткань платья и видимо такого же тонкого белья, и уже ни о чем не мог думать. Рот наполнился слюной от обжигающего желания прикусить зубами сладкие розовые вершинки.
— Кир, — возмутилась Ева, — куда ты смотришь?
Я схватил бокал с вином, перепутав его с соком и выпил до дна.
— Прости, — кашлянул.
Странное вино. Обожгло горло так, словно это была водка.
— Ты просто настолько сексуальная, что я стараюсь держать себя в руках и… — развел этими самыми руками, показывая ей ладони, — кажется, меня надо привязать, иначе устоять перед таким сладким искушением, как ты, будет просто невозможно.
— Кирилл, — предостерегающе произнесла Ева, но меня уже понесло. Я никогда не был пай-мальчиком.
Как бы не пытался.
— Смотрю на твои торчащие соски и представляю как буду ласкать их языком.
— Кир…
— Прикушу зубами и втяну в себя. Сначала левый, а потом правый. Или наоборот? А, Ева?
Я оторвал взгляд от ее груди и заглянул ей в глаза, они горели. Голубые затягивающие в себя океаны. Девушка приглушенно, но часто задышала, ее зрачки расширились, а пальцы крепко вцепились в нож.
Да, Кир, поберегись. Нож в руках Лунтика… это может быть очень опасно.
