— Да неть зе! Кололева, это зе я! Тебе они понлавились? Я самых больсых ловила, сьтобы тебя поладовать. Это сьтобы ты не ругалася и отдала мине каменюку. Меняемся зе, дя?
— Что, прости? — моргнула амазонка. Она явно не поняла, о чем картаво и экспрессивно говорит моя нечисть, и перевела вопросительный взгляд на меня.
— Ваше величество, это вам взятка от моей питомицы. Она ведь горгулья, у них так принято. Они что-то забирают себе, если им очень понравилось, но честно приносят нечто иное в качестве оплаты. Мне она тоже таскала крыс в обмен на орехи и сладости.
А вам… вот этих. Чтобы порадовать. — Я вздохнула. — А каменюка — вот эта ветхая рассыпающая статуя. Зараза ночью улетала охотиться и приволокла ее откуда-то из города. Я пока не успела понять, откуда именно.
— Из лазвалин, я зе сказаля. Илден, отпусти плелесть. Кололева, лови миня, я сейтясь тебе будю лассказывать!
Зараза завозилась в руках дракона. Перелетала к растерявшейся от такого напора Рогнеде, устроилась у нее на руках, обняла за шею лапками и принялась в свое манере излагать:
— Летю я, летю, кусяю немнозко всяких вкуснясек, а потом смотлю — лазвалины.
А в лазвалинах всегдя есть вкусьные мыськи. Клысы твелдые, мыськи мягинькие. Я лесыла половить их. Но были только клыски, я поймала их для тебя. Ты зе кололева, это подалок. Воть. А потом смотлю, а там каменюка. Ну я и заблала ее. Тиво она там одна и глустная? Будет моей. Только она глязная сильно. Помыть надо. А тебе я клысок отнесля, сьтобы поладовать. Я молодесь? — Зараза обеими лапками взяла Рогнеду за щеки и проникновенно заглянула в глазу.
Вот хотела бы я сказать, что суровую властительницу амазонок ничем не проймешь и на провокации нечисти она не поддастся. Но это было бы неправдой. Поддалась. Харизма у Заразы убойная!
— То есть ты подобрала в старом развалившемся доме эту статую и принесла сюда? А мне взамен крыс?
— Дя! Я ститаю это холосый обмен. Клыски больсые и свезенькие.
Я развела руками, изо всех сил стараясь сдержать смех, и взглядом указала на добычу Заразы.
— Ладно, — улыбнулась женщина. — Я разрешаю тебе делать с этой «каменюкой», что захочешь. Раньше, очень давно, здесь было много похожих. Наши предки украшали ими крыши зданий. Но они рассыпаются от времени, очень хрупкий камень. Живых горгулий уже давно не существует, но память о них сохранилась в виде каменных изваяний. Но сейчас уже и таких не найдешь."
"— Нитиво. Моя фейка умееть тволить тюдеса, она потинит если тиво.
