Капелька крови нечисти, особый сорт роз, фейское волшебство, немного магии смерти, а также магии жизни эльфов… Кто-то из некромантов-людей, фей и эльфов неплохо поэкспериментировал. Я бы с радостью взяла такие саженцы домой. Но вряд ли они согласятся отсадить мне своих деток.
— Это да. Я с ними пытался договориться.
— Эй! А ну руки прочь от наших с Заразой розочек! — возмутилась я.
— Дя! Мама Антилия, мы идемь?
— Идем.
— Ну дела… — покачала я головой, проводив их взглядом.
Утро началось с привычного уже грохота на первом этаже.
Рядом на кровати спал Ирден. Мне пришлось его пустить в свою спальню из-за нашествия гостей. Он был рад, я немного для виду пофыркала, но тоже была рада. Я как-то уже и привыкла.
Учитывая, что в соседних комнатах расположилась наша родня, мы вели себя тихо и пристойно. Просто переоделись в одежду для сна, улеглись… да и заснули почти мгновенно.
Я еще успела услышать тихие голоса мамы, Заразы и роз из окна, выходящего в сторону улицы. Но усталость взяла свое, и я провалилась в сон.
А вынырнула из него от грохота разбившейся посудины.
— Зараза-а-а… — простонала я, не желая просыпаться.
— Это не я, — сонно ответила горгулья со второй половины кровати.
Я аж глаз приоткрыла. Один.
Дракономуж спал на животе, в своей любимой позе. Причем, паразит такой, ночью скинул подштанники и опять демонстрировал миру и мне голый зад. Одеяло сбилось в ноги, в него замоталась моя комнатная нечисть. Наружу торчала лишь голова.
— А ты чего тут? — шепотом спросила я.
— А где все?
— Сумят. Плоголодались, навелное. Мы с мамами Летисией и Антилией к молю летали, ыбку ловили.
— Вы же крыс ловить пошли! А потом спать, — опешила я.
— Не… Мы с лозотьками поговолили. Потом свекловь плисла и сказаля, сьто хотет плавать и ыбку ловить. И мы с мамой Антилией тозе захотели. Ну и полетели. Ыбок много поймали.
— Зачем? Я не умею готовить рыбу. А ее еще и чистить надо, потрошить.
— Мама Антилия потистила. Она умеет готовить. Сказаля, меня наутит. Будем валить уху.
Это такой суп из ыбы. А мама Летисия ее огнем позалила плямо на плязе. Мы тамь кусяли. И вам плинесли.
— А мне оставили? — подал голос Ирден, не предпринимая, впрочем, попыток перевернуться на спину или открыть глаза.
— Дя. Идите узе есть и дайте уставсей плелести поспать.
— А кто гремит на кухне? Если вы всю ночь куролесили, ловили рыбу, потом ее готовили и ели, да еще и сюда принесли?
— Дедуська, навелное. Все. Кысь-кысь!
— Ну кыш-кыш, так кыш-кыш.
