Миня все любять, не хотю снова быть селой, тисуйтятой, стласной. Сейтяс я лозовая плелесть!
— А давай ты… — попыталась я добавить.
— И ложки мине позолоти! Не забудь.
— Какие ложки? — не понял Ирден.
— Рога, — пояснила более опытная я. — Позолочу. Но сначала давай решим, что будем делать со статуей горгула. Заберем с собой? Отвезем в степь? В горы? Обратно к амазонкам? Снимем стазис?
— Папа Монкт сказаль, сьто он позаботиться. А дедуська Хенлик пообесял лазоблаться, когда велнется домой. Я ему написаля.
Я только мысленно развела руками. Ох и деловая же у меня подружка.
Кстати, о подруге. Я же теперь умею открывать порталы! Как я забыла⁈ А это значит, что я смогу видеться с Мо́никой и приглашать ее в гости в Клайдберрис. Не прямо сейчас, а когда мы уладим вопрос с амазонками и тем, что у них происходит. И с моим племенем орков.
А пока напишу ей письмо, введу в курс дела. Или нельзя? Надо сообразить, можно ли разглашать информацию об амазонках? Пока что о них не знает никто, кроме моей семьи и семейства Ланцев.
А, ну и мои орки. Ну настолько хитрый и умный шаман, что, уверена, ничего лишнего никто не узнает.
М-да. Похоже, Монике рассказывать пока нельзя ничего.
Глава 18
Утром мы наконец-то собрались к оркам в степь. Нас заждались шаман, духи предков, племя, подарки. Подарки для племени доставили прямо к замку, выгрузили с повозок в указанном месте. А наша задача теперь была все эти тюки, свертки, ящики, коробки переправить в портал.
Портал должна открыть я.
Груз, соответственно, должны переправить все, кроме меня. Ну и кроме Заразы, конечно же.
— Ты тиво⁈ — вытаращилась она на Эдгара, предложившего ей взять корзинку и подержать. — У миня лапки!
— Ну конечно… — пробормотал мой недовольный деверь, которого спозаранку привлекли к помощи. — Как каменную плиту ворочать, так она «Я же сильная нечисть». А как корзинку подержать, так у нее лапки…
— Это какую такую каменную плиту Зараза ворочала? — удивилась я.
— Могильную, я в окно видел.
— Никакую! — одновременно с ним ответила горгулья и невинно улыбнулась мне.
Лучше бы не улыбалась, если честно, зубки у нее пугающие. Но она очень старалась быть милой.
— Леандр? Жан-Луи? — строго обратилась я к братьям.
— Ничего такого! — поспешно выдал Леандр, как старший. Покосился на Алкесту, стоящую неподалеку и признался: — Мы показывали нашей новой сестренке древнюю могилу. Ну, ту… помнишь? Там еще на камне выбиты руны.
