– Я думала, вы любите свою дочь.
– Больше всего на свете. Оттого меня так тревожит ее предполагаемое замужество. Вы не простудитесь? У реки довольно прохладно.
– Пора по домам, – кивнула я и поежилась в открытом платье. У меня не было возможности предупредить Стаса, но я рассчитывала, что мое неожиданное появление насторожит его, заставит вести себя осмотрительно. По крайней мере, я на это надеялась.
– Ефимия Константиновна, может быть, все-таки выпьем кофе? И спокойно все обсудим.
– Что «все»? – удивилась я.
– Как вам Стас? По-моему, он вел себя вполне естественно. Послушайте, вам не надо меня бояться.
Я мысленно усмехнулась, боялась я в основном саму себя, на остальных просто сил не хватало. Кончилось тем, что мы поехали к Максиму Юрьевичу, хоть я и не видела в этом никакого проку. Он жил в пригороде. Землю здесь отдали под застройку совсем недавно. Жилище Максима Юрьевича, точно бельмо на глазу, возвышалось среди недостроенных хором и свеженьких фундаментов. Дальше по улице стояло еще три жилых дома, однако до них было довольно далеко.
Особняк Озерова был обнесен кованым забором с вензелями, дорожки выложены плиткой под мрамор. Общее впечатление: дворец средних размеров. Внутри все выглядело примерно так же: колонны, лепнина с позолотой, в холле вполне можно устраивать балы. На фига одинокому мужику все это? – озадачилась я, разглядывая чужое богатство.
– Проходите, – суетился Максим Юрьевич. – Будьте как дома.
Гостиная с неизменным камином выглядела уютно, несмотря на гигантские размеры.
Я устроилась на диване, а Максим Юрьевич метнулся в кухню, в нее вел арочный проход, украшенный ангелочками. Хозяин гремел на кухне посудой и напрягал голосовые связки, чтобы я могла его услышать на приличном расстоянии.
– Насте вряд ли понравилось, как ее жених смотрел на вас, да еще сыпал комплименты вашей красоте. Может, это заставит ее задуматься и убережет от поспешного решения.
– Может, – вяло ответила я.
– Что?
– Я сказала, может быть.
В этот момент со стороны кухни послышался странный звук, похоже было, что свалилось нечто мягкое, но тяжелое.
Я прислушалась: никакой возни, но говорливый хозяин вдруг замолчал.
– Максим Юрьевич, – позвала я. Тишина. С минуту я ждала, потом поднялась и неохотно отправилась в кухню."
"Первое, что бросилось в глаза, турка на плите. Кофе пенной шапкой поднимался над ней и потек через края. Я сделала еще шаг, и в тот же миг что-то обрушилось на мою голову с такой силой, что я мгновенно отключилась.
