Он приглядит за тобой, пока ситуация не изменится.
– А что там с ситуацией?
– Спорные вопросы. В бизнесе такое случается.
– Кстати, о бизнесе. Ты мне так и не рассказал, чем занимаешься.
– Ты ведь сегодня звонила сестре? – вопрос повис в воздухе. Выходит, Стас подслушивал наш разговор и донес Вадиму. «Тем лучше», – решаю я. – Фенечка, ты кое-что забыла мне сообщить, – продолжает Вадим. – Папа у нас с тобой кто?
– Папа – Завьялов Константин Викторович, – вздыхаю я.
– О нашей маме я не спрашиваю, фамилия в городе известная.
Возможно, твои родители не придут в восторг от такого зятя, как я, однако хочу напомнить, что в городе вряд ли найдется с десяток серьезных бизнесменов с образцовой биографией. Что бы ни было с моей – все в прошлом. Думаю, твои родители немного успокоятся и с пониманием отнесутся к твоему выбору.
– Ты плохо знаешь моих предков, – хмыкаю я.
– Тогда им придется смириться, – улыбается Вадим, кажется, он и мысли не допускает, что я могу последовать совету сестры.
– Поверь мне, – серьезно говорит он. – Все будет хорошо. Вот увидишь.
Только я собираюсь возразить, как он хлопает себя по лбу в притворном удивлении.
– Совсем забыл, у меня же для тебя свадебный подарок.
Он берет меня за руку и ведет в гараж. Гараж большой, в нем свободно разместились три машины: «Мерседес», «БМВ» и «Ауди». Вадим подводит меня к «Ауди» и жестом фокусника достает из кармана ключи с золотым брелоком. Протягивает мне.
– Это взятка? – хмуро интересуюсь я.
– Это подарок. У тебя ведь есть водительское удостоверение?
– Есть.
– Пока поездишь со Стасом.
– С какой стати?
– Фенечка, я ведь все объяснил. Разве нет? – Вадим заключает меня в объятия и через мгновение шепчет: – Я люблю тебя."
"Я пытаюсь решить насущный вопрос: люблю ли его я? Выходит, люблю, потому что спорить с ним совсем не хочется. Хоть «Ауди» и классная тачка, но не настолько, чтобы я, прельстившись ею, решила остаться. Значит, все-таки любовь. Мысль вернуться к родителям, признав, что в очередной раз я сваляла дурака, вызывает у меня протест.
Вадим прав, вряд ли многие бизнесмены могут похвастать особой честностью, об этом еще основоположник марксизма писал. И родители во мне души не чают, хоть я и паршивая овца. «Все как-нибудь устроится», – сияя улыбкой, думаю я и эдаким бодрячком возвращаюсь в кухню кормить мужа.
Ночью я просыпаюсь от холода. Окно открыто настежь, идет дождь, сыро, а мы лежим под простыней.
