– Мне так тяжело быть одной в этом доме… Конечно, Стас обо всем позаботился, и сейчас он, наверное, действительно думает о нашем будущем, предпринимает необходимые шаги… это он так сказал… но мне очень страшно без него. Когда его нет рядом, мне хочется умереть… – пробормотала она и заплакала. Она была похожа на воробышка, а я смотрела на нее и не знала, что сказать.
– Вы любите его? – зачем-то спросила я.
– Да, – просто ответила она."
"Конечно, она его любит. И если я сейчас скажу, кого ей следует опасаться, более того, что ее жизнь, возможно, висит на волоске, она мне не поверит.
Я бы точно не поверила. Она назовет меня лгуньей и найдет тысячу причин, почему я наговариваю на ее любимого. И что делать мне? Идти в милицию и доносить на Стаса? Тоже, кстати, выход. Доказательств у меня никаких, одни пустые домыслы, но попробовать можно. Проблема в том, что я не могу этого сделать, как она не может поверить в то, что я хочу ей сказать. Но позволить ему разделаться с девчонкой я тоже не могу.
А если я все выдумала и Стас не имеет никакого отношения к убийству Озерова? Мало ли что мне привиделось той ночью? Вдруг он любит эту девочку, а я просто ревную? Ревную и завидую ей?
– Простите меня, – вновь заговорила она. – Это глупо, но я подумала… может быть, он у вас? В самом деле глупо. Стас меня любит, и он… у него действительно дела… Столько дел, теперь, когда папа погиб… я просто сама не своя. Извините…
– Не считая той встречи в ресторане, мы ни разу с ним не виделись, – сказала я, злясь на себя за то, что мой голос звучит виновато, словно я оправдываюсь, как будто мне есть в чем оправдываться.
Очень хотелось побыстрее отделаться от нее, пусть сама решает свои проблемы. А в голове между тем настойчиво вертелось: ты должна что-то сделать, ты обязана ее предупредить. Пусть она не поверит, но ты должна. – После убийства отца вам нужно проявлять осторожность. Позаботьтесь о своей безопасности. Почему бы кому-то из охраны вашего отца…
– Я хочу поскорее уехать отсюда, – быстро сказала она.
– Ненавижу этот город. Мы уедем. Сегодня же скажу Стасу… дела подождут. Пусть ими занимается кто-то другой. Все как-нибудь образуется, главное, чтобы мы были вместе. Правда?
– Я бы все-таки подумала об охране… – Мне стало ясно: она меня не слышит. Все ее мысли только о нем. Неужто и я была такой же дурой? Конечно, была. Я не хотела верить в то, что он негодяй, даже после того, как прочитала письмо Вадима. И она не поверит.
