– Да, – я приветливо улыбнулась, – где можно найти Татьяну Андреевну?
– Директор работает в мастерской, ее сейчас нельзя беспокоить.
– Видите ли, я ее хорошая знакомая, уверена, что Татьяна Андреевна будет рада моему появлению.
Девушка придирчиво меня разглядывала, а я прямо-таки светилась дружелюбием.
– Ну, хорошо, – наконец решилась она, – видите табличку «Служебный вход»? Пройдите в эту дверь, далее прямо по коридору и упретесь в мастерскую.
Дойдя до двери мастерской, я постучала, но не услышала ответа.
Тогда я осторожно заглянула внутрь. В нос мне ударил странный запах – смесь зоопарка, аквариума и магазина лакокрасочных материалов. Татьяна Муравьева стояла посредине комнаты с кистью в руке, ее рабочий комбинезон был весь испачкан краской.
– Татьяна Андреевна! – позвала я. – Можно к вам?
Художница сразу меня узнала:
– Вы? Что вам нужно?
Я протиснулась в мастерскую и совершенно невежливо ответила вопросом на вопрос:
– Надеюсь, я вас не отвлекаю?
– Вообще-то отвлекаете, – сердито отозвалась она.
– Но раз уж вы все равно зашли, то помогите мне перевернуть эту картину!
Я подошла ближе и увидела странное зрелище. На полу лежал холст, натянутый на раму, по холсту ползли улитки. За каждой тянулся след определенного цвета: красный, синий, черный… Следы были неуверенными, дрожащими, я сразу признала в них линии из «Пророков в Отечестве». Татьяна снимала улитку с холста, макала кисточку в соответствующую краску и мазала тельце несчастной представительницы класса брюхоногих.
Потом она ставила улитку на место и принималась за следующую.
– Господи, что вы такое делаете?! – воскликнула я.
– Создаю бессмертное творение, – скромно ответила Муравьева.
– Они же подохнут, ваши улитки! Краска их убьет!"
"– Ерунда, у меня еще целый аквариум, – махнула кистью дама. – Зато их смерть не будет напрасной, они умрут во имя искусства!
Меня охватила злость. Сама-то, небось, не жаждешь окочуриться ради собственной мазни! Так почему должны страдать невинные моллюски?
Рядом с незаконченной картиной стояла включенная лампа.
Все улитки ползли по направлению к свету, и только одна упорно двигалась в противоположную сторону. После себя она оставляла след веселого поросячье-розового цвета.
– Беритесь с той стороны, я возьмусь здесь, – велела Татьяна. – Так, осторожно поднимаем картину, чтобы не сбросить улиток, переворачиваем по часовой стрелке и кладем на пол. Ну вот, теперь они поползут в другую сторону, в рисунке появится разнообразие.
