Ну, знаете, эти анекдоты про новых русских, которые в сортирах устанавливают золотые унитазы, а на день рождения покупают «открытку» – подлинник Пикассо… Однако гостиная Лисовика была обставлена в строгом, минималистском стиле. Мебели немного, но вся – видно с первого взгляда – от дизайнеров с мировым именем. Напротив огромного экрана телевизора – кожаный диван и два кресла. Я с наслаждением пощупала кожу. Судя по выделке, мягкая мебель обошлась хозяевам в три годовых зарплаты домработницы.
– В доме есть охрана? – полюбопытствовала я.
– Зачем? – удивилась Ленка. – Разве ты не видела автоматчиков на въезде в поселок?
– А вдруг кто из соседей окажется нечист на руку?
– Они здесь все нечисты на руку, можешь мне поверить. Только, знаешь, есть такая поговорка: не воруй там, где живешь, и не живи там, где воруешь.
В этот момент на лестнице появилась девушка в белом топе и синих джинсах. Она была высокой и очень худой, просто кожа да кости. Обтягивающий топ открывал тощую шейку и выпирающие ключицы.
Груди у девушки не наблюдалось. Удивительным контрастом на фоне этого «бухенвальда» смотрелась роскошная шевелюра. Волосы были не длинные, до плеч, но очень пышные и редкого пепельно-русого оттенка.
Девушка спустилась до половины лестницы и холодно воззрилась на Колтунову. Потом перевела взгляд на меня, в ее глазах загорелся интерес. Я поправила талисманы на груди, железный шарик для кошки весело зазвенел.
Ленка вскочила с дивана и бросилась к худышке.
– Изольдочка, – залебезила она, глядя снизу вверх, – я к тебе без приглашения, но дело того стоит.
Я поняла, что передо мной Изольда Тряпкина, жена олигарха, бывшая манекенщица и мать двоих детей. Только теперь я ее признала: когда-то Изольда рекламировала шампунь, и эта скуластая мордочка с миндалевидными зелеными глазами, похожая на оголодавшую рысь, висела на всех автобусных остановках Москвы.
Колтунова взлетела по ступенькам и принялась что-то нашептывать хозяйке на ухо, увлекая ее наверх.
В гостиной я осталась одна, если не считать Сильвию. Домработница тихо спустилась со второго этажа и неприкаянной тенью бродила с тряпкой в руках. Очевидно, прислуга должна была вытирать пыль и одновременно приглядывать за мной, но она не делала ни того, ни другого.
Я вытащила карты и принялась тасовать колоду.
– Хотите, я вам погадаю?
Сильвия очнулась от мыслей:
– А?
– Хотите, погадаю на будущее? Я потомственная монгольская ясновидящая.
