Ведь я мужчина, ее хозяин, разве нет? Разве не должна женщина во всем слушаться мужчину? Разве не должна она кориться его словам? Я ведь говорил ей, что запрещаю проводить обряд? Говорил!
Но Гвен, как всегда, решила по-своему. Была б на ее месте другая девушка, я бы мигом придумал для нее наказания, заставил бы пожалеть о своих деяниях. Нет, бить бы я никого не стал, негоже мужчине поднимать руку на слабое создание. Есть более приемлемые способы. Можно было бы отправить очищать свинарник, или… собирать ягоды гойды, которые невыносимо воняют, но стоит их сварить в меду – нет лучшего лакомства на всем северном острове.
Но почему-то когда эта маленькая ведьма смотрит на меня своими аквамариновыми глазами, у меня словно сжимается что-то в груди, и я понимаю, что не могу заставить ее страдать. Но сейчас…. Сейчас у меня руки просто чешутся задать ей хорошенькую трепку. Да такую, чтобы она сесть потом не могла еще неделю."
"Что делается в голове у этой своенравной ведьмы? Неужели она не понимает, что справится с унандэ ей не под силу? Эта самоуверенная девчонка не думает ни обо мне, ни о себе.
Разум мне подсказывает, что ритуал, как и положено, должен проводиться в капище пред ликами всех пресветлых богов, но какая-то неведомая сила буквально тянет меня в сторону дерева Каты.
Резко останавливаюсь, застыв в нерешительности. Ошибка может стоить жизни моей несносной ведьме.
– Ингвар? – удивленно поднимает брови Сван.
Я качаю головой и, впервые с тех пор, как вошел во взрослый возраст, слушаю свое сердце, а не глас разума, сворачивая к алтарю богини любви.
Мои люди, привыкнув мне доверять, не задают лишних вопросов, и следуют за мной.
В том, что я не ошибся, становится заметно издалека.
Одинокая тоненькая девичья фигурка в окружении полчища жутких тварей сразу притягивает взгляд. В сердце будто врезается обжигающе-холодный осколок льда, замораживая все внутри. Я словно и сам превращаюсь в ледяную глыбу, не в силах сделать и шагу. Возникает опасение, что как только унандэ почувствуют в нас угрозу – тут же набросятся на хрупкую девушку, которая так бесстрашно согласилась им помочь.
Но немертыве и не думают нападать. Они, соединившись руками, создают вокруг Гвен странную пугающую сеть, ближайшие “звенья” которой прижимаются ладонями к телу колдуньи.
Гнев вскипает в груди, я уже готов кинуться на них, расшвыривая со своего пути, главное добраться до своей ведьмы, до своей Гвен, схватить в охапку и унести из этого страшного места даже ценой собственной жизни.
