— Боже, вы бы знали, как мне иногда хочется простого человеческого участия и поддержки. Но всюду одни недоброжелатели!
— Ну что вы! Мы к вам очень расположены!"
"Порядком захмелевшая Леся готова была любить весь мир. На Киру коньяк действовал слабо. Во всяком случае, для того, чтобы начать любить незнакомого ей Пятипалова, ста граммов ей было явно маловато.
— Так что там с доктором? — строго произнесла она.
Вместо ответа Пятипалов щедро плеснул ей приятно пахнущей жидкости в бокал и дождался, когда Кира выпьет новую порцию.
И лишь после этого он начал говорить:
— Этого доктора мне посоветовала моя подруга.
— Та самая, которая тут все разнесла?
— Нет, другая.
— Другая?
— А как ее звали?
Пятипалов собрал лоб гармошкой. Но имя своей бывшей возлюбленной так и не сумел вспомнить.
— Но это и неважно, — сказал он. — Она знала жену Пешкова. Очень хорошо о ней отзывалась. Говорила, что стоит ей хотя бы полчаса поговорить с Леной Пешковой, как в душе воцаряется мир и покой. Все мысли сами собой раскладываются по полочкам.
И выход из самой запутанной житейской ситуации находится словно бы по волшебству.
— И что?
— Лена всегда говорила, что это заслуга ее мужа. От него многому научилась.
— И вы пошли к доктору?
— Пошел, — кивнул Пятипалов. — Пошел по рекомендации. И потому что подумал: раз он такой отличный специалист, что даже его жена-домохозяйка сумела чему-то от него научиться, то и мне надо. Хотя, если честно, то никакого мира и покоя у меня в душе после визитов к доктору не ощущалось.
Скорей даже наоборот, чувствовал себя последней тварью. Ничтожной и даже мерзкой.
— Точно! — не сдержалась и воскликнула пьяненькая Леся. — И у меня было точно так же! Если до визита к доктору я еще чувствовала себя вполне даже ничего, то после визита мне казалось, что я — конченый человек. И никто мне уже не поможет.
— Кроме доктора.
— Кроме него.
— А теперь его убили, да? — внезапно даже всплакнул Пятипалов, припав к пухлой груди Леси. — И кто нам поможет? Леся, как ты считаешь? Мы сможем помочь друг другу?
На лице Леси отразилось легкое сомнение.
И, заметив это, Пятипалов воскликнул:
— Мы же забыли помянуть доктора! Светлая ему память!
За это невозможно было не выпить. И подруги выпили. Не чокаясь. Как полагается.
— А теперь потанцуем!
Но вот танцевать подруги отказались наотрез. Они сюда не за тем пришли.
— А зачем вы пришли к Пешкову в день убийства? Вам ведь не было назначено?
— Не было.
