Одним словом, сунул я его себе в карман и домой.
— И что?
— Нюрке бумажник показал, она меня простила. Сказала, чтобы я, как просплюсь, шел бы да и сдал его в скупку или еще куда. Ну, я дождался, когда народ проснется, и пошел. А тут вы.
— А удирать чего стал?
— Не знаю, испугался я вас чего-то. Вид у вас… того, стремный.
Это утверждение подруги оставили на совести пьянчужки. На себя бы посмотрел!
— Ну что? — спросил он. — Помог я вам?
Подруги переглянулись. Рассказ был в высшей степени странным.
— А этих парней ты точно не знаешь?
— Даже не видел никогда!
— А знаешь, кто в той квартире, возле которой они толкались, живет?
— Так в том-то и дело, что нету там никого! Пустая она стоит.
На продажу выставлена. Уже почти три месяца туда покупатели ходят. А чтобы купить, так никто не покупает. Дорого, говорят, больно хозяин дерет. Никто не прельщается.
— А хозяин кто?
Вот этого забулдыга не знал. По его словам, раньше там была коммуналка. Потом какое-то агентство ее расселило, и квартиру купил пузатый и усатый дядька, который перепродал ее другому — молодому и симпатичному.
— Но он как ремонт начал, так его больше никто и не видел. Не живет он тут. И даже не показывается. А квартиру после ремонта снова на продажу выставил.
Подруги снова переглянулись. Их обеих посетила одна и та же мысль. И что же делали эти двое крепко подозрительных молодых людей возле пустой квартиры? И чей бумажник они потрошили? Где они его взяли, если в квартире никто не живет и вообще она стоит пустая и закрытая?"
"— Минуточку! А когда эти двое уходили, они дверь за собой прикрыли?
Пьянчужка за то время успел хлопнуть вторые сто граммов.
Глаза мужика осоловели, и его потянуло в сон.
— Да хрен его знает! — внезапно уронив голову на замызганную столешницу, пробормотал он и забылся тяжелым хмельным сном.
— Пошли! — потянула Кира подругу.
Уходя, она не забыла прихватить со стола бумажник из дорогой кожи.
— Куда мы идем?
— Туда!
И Кира потащила подругу к дверям подъезда. Возле двери знакомой шестнадцатой квартиры Леся заартачилась:
— Не хочу я туда идти! Хватит!
Но Кира уже толкнула дверь.
И она открылась. Подруги вошли внутрь. Тут в самом деле было совершенно пусто. Пусто и страшно. На окнах висели плотные пластиковые жалюзи, которые не пропускали с улицы свет. А электричество еще не было подключено.
— Кира, мне тут не нравится! — дрожащим голосом произнесла Леся. — Пошли отсюда?
Кире и самой не нравилось.
— Какого черта происходит? — прошептала она.
