Шириной рама — в два локтя, и высотой в три. Рядом, на подставке из красного дерева стояла литая медная тушечница и лежали три кисти разной толщины.
Мальчик, не открывая глаз, осторожно повернулся к раме. Его рука нерешительно застыла над кистями, затем опустилась. Он взял самую широкую кисть, осторожно обмакнул ее в тушечницу и прикоснулся к шелку. Кисть быстро заскользила по ткани, прикасаясь к белому полотну то тут, то там, оставляя после себя влажные черные мазки.
Резкие и твердые движения.
Руки мальчика были намного увереннее, чем он сам.
Сейчас он полагался на их память. Он доверял им в том, в чем не мог довериться даже себе. Руки… Он надеялся, что они вспомнят должное и не подведут его.
Несколько сотен ударов сердца, — и картина готова.
Мальчик положил широкую кисть на подставку, склонил голову, будто прислушиваясь к далекому голосу, и осторожно взял самую маленькую кисть.
Семь взмахов руки — и рисунок обрел цельность.
Только сейчас мальчик открыл глаза.
Он взглянул и вздрогнул — с белого шелка не него смотрели родные лица.
Строгость господина Титамёри, любовь и нежность госпожи Асэтодзин, и задор Орики смешивались в один изумительный теплый свет, исходящий от картины. На миг ему показалось, что взор отца смягчился, а сестра украдкой показала ему кончик языка. Лишь мама все также смотрела на него с нежностью и любовью.
Горечь потери накрыла его с головой, волна соленых слез захлестнула глаза, и он беззвучно заплакал.
Великий Генту, что стал главой Гетанса всего лишь три дня назад, раскачивался и шипел от боли в сердце.
Слезы ползли по его щекам, падая на ослепительно белый плащ. Только сейчас он осознал потерю. Ничего не могло вернуть его семью. Они ушил от него!
Навсегда!
Как больно!
Три дня назад Вэнзей объявил бесконечную войну убийцам своей семьи. Но это не вернет его родных. Мальчик верил — когда-нибудь они встретятся в Чистой земле. Он поклонится отцу, расскажет ему, как вел дела Гетанса. Поцелует руку матери и расскажет все новости про дальних родственников.
Обнимет сестру и просвистит ей песню соловьев, которых так много в лесах на севере от Кинто.
Они будут рады видеть его. Да!
Возможно, лишь отец будет им недоволен — война не полезна для Гетанса, самого молодого из дейзаку. Отец учил его побеждать иными средствами. Но Великий Генту теперь он, Вэнзей, и он принял решение. Он отомстит!
Ты же простишь меня, отец?
На миг от ненависти у мальчика перехватило дыхание.
